Достаточно неприятно, если родители бросили тебя при рождении, и к тому же твои уникальные способности используются для политических убийств и промышленного шпионажа, а война на Этне никогда не утихает… «Похоже, у меня началась война против всех, и ставка моя жизнь?» — так думал Энрик Галларате, «маленький дьявол». И как всегда отправился на поиски приключений на свою голову. Впрочем, далеко ходить не придется — приключения ищут его сами. И, что характерно, находят. Стоило бы рассчитать корреляцию между приключениями Энрика и войнами на Этне. А что? Наверняка есть. И еще неизвестно, что следствие, а что причина! Ну что ж, берегись, враги!
Авторы: Оловянная Ирина
Обедать будем на вершине.
– Я есть хочу! – сразу же возник Нино.
– Рано еще, – немного удивленно возразил Гвидо.
– А я хочу! – гнусавым голосом повторил Нино.
Я посмотрел на него насмешливо:
– Вот это и называется нытье по пустякам.
– Ты не имеешь права! – возопил он. – Я пожалую капитану Ловере!
– Давай, – согласился я спокойно, – прямо сейчас, по комму. Соберитесь в кружок, позвоните ему и базарьте наздоровье, только отойдите в сторонку. Вы мне мешаете.
Я скинул рюкзак, размял плечи и устроился на травке. Моя команда последовала примеру.
Мальки убрались метров на десять и зашептались.
– А что за история с соленой водой? – лениво поинтересовался Роберто.
Гвидо вполголоса пустился в воспоминания. Тони недовольно насупился:
– А меня спрятали в подвал!
– Тебе, помнится, было восемь, маленький еще, – заметил его брат.
– А где граница? – поинтересовался хитрый, как лис Тони.
– Вырастешь – узнаешь, – наставительно потянул я.
Тони надулся: бедный ребенок, он ожидал услышать число например, двенадцать. И методом постепенного спуска убедить нас, что и младенцу можно дать в руки бластер. Сборище мелких пакостников, вверенных моему попечению, все-таки решило пожаловаться. Что-то они шепотом, но яростно говорили в комм. Только Вито, печально повесив голову, отвернулся от своей компании, перебрался поближе к нам, чем к ним, и устроился на траве, еще не решаясь присоединиться. Черт! Пригласить, или это его только смутит, отпугнет и заставит извиняться за то, чего он не делал? Я приглашающе ему улыбнулся, но он только мотнул головой.
Чего хочет от нашей лучшей в мире команды Ловере? Чтобы мы за три дня объяснили этим гнусным типам, чем отличается мужчина от придверного коврика? Сам капитан не решил эту задачу за три с половиной недели! «Это вызов», – серьезно сказал внутренний голос.
Комм пиликнул: мне пришло сообщение. Я приподнялся, взглянул на экранчик и прочитал: «Ты уже понял, что я тебе подкинул? Карт-бланш! Только верни их людьми! Ловере». Я едва не рухнул на траву от смеха.
– Чего? – удивились ребята, Гвидо как раз рассказывал про обстрел и раненого Паоло, и в этом не было ничего смешного. Я подсунул комм к носу Лео. Лео прочитал и присоединился к моему веселью. Ребята мне чуть руку не оторвали, пытаясь прочитать сообщение. Один за другим они отваливались, тоже принимались смеяться и бормотать нечто нечленораздельное.
Вскоре мы угомонились, но продолжали лежать на земле, тихо постанывая.
– Вот капитан с вами сейчас свяжется! Больше не будете издеваться! – услышал я голос Траяно с плачуще-истерическими нотками.
Это заявление вызвало новый взрыв хохота.
– Ой! Юмористы, – стонал Алекс, – всех достали.
Я стер сообщение с экрана: смертельный ужас вовсе не кажется мне лучшим другом педагога. Мало-помалу мы успокоились.
– Пора идти, – заметил Лео, взглянув на часы.
– Ага, – согласился я, дыша, как после долгого быстрого бега. – Не надо пересказывать им послание, – предупредил я команду.
Пакостники имели вытянутые физиономии жестоко разочарованных мартышек. Интересно, что капитан сказ им? Может быть, ничего, просто прервал связь, но провал неловкой попытки смухлевать объяснил бы всё и последему идиоту.
– Встали и пошли. Пока тем же порядком, – скомандовал я. – Дышать и идти равномерно, не останавливаться. Тони, глотни воды и подержи ее во рту, ты, похоже, досмеялся.
Тони сдавлено хохотнул.
– Всё! – велел Алекс. – Самурай должен держать себя в руках.
– А кто это такой? – поинтересовался Тони.
– На привале расскажу, – обещал я. – Ты еще не просветил своего братишку? – удивленно обратился я к Алексу.
– Он просто пока не добрался, – проворчал Алекс, – как доберется – мы все пожалеем.
Деморализованные пакостники, не протестуя, заняли своиместа в колонне. Стоп! Если я хочу чего-нибудь добиться нельзя их так называть. Даже мысленно. А как их называть? Мой Геракл окрестил бы их «глупыми котятами» – подходяще. А Тони у нас – «умный котенок», кстати, похож.
Примерно полчаса глупые котята шли молча. Начался подъем, пока еще довольно пологий, скоро мы дойдем до небольшой седловины, а после нее начинается крутой склон возвышающегося над всеми другими холма. Его, конечно, можно было обойти, но Алекс не захотел, и мне это тоже понравилось.
Я уже расслабился, как вдруг…
– Я устал! – заныл один глупый котенок.
– Я пить хочу! Почему нельзя? – заныл Романо.
Тони оглянулся и посмотрел на ровесников с величайшим презрением. Ну, смотри, умный котенок, теперь тебе нельзя жаловаться!
– Хлебни из фляжки, подержи воду во рту и выплюни,
