Достаточно неприятно, если родители бросили тебя при рождении, и к тому же твои уникальные способности используются для политических убийств и промышленного шпионажа, а война на Этне никогда не утихает… «Похоже, у меня началась война против всех, и ставка моя жизнь?» — так думал Энрик Галларате, «маленький дьявол». И как всегда отправился на поиски приключений на свою голову. Впрочем, далеко ходить не придется — приключения ищут его сами. И, что характерно, находят. Стоило бы рассчитать корреляцию между приключениями Энрика и войнами на Этне. А что? Наверняка есть. И еще неизвестно, что следствие, а что причина! Ну что ж, берегись, враги!
Авторы: Оловянная Ирина
забрал свой рюкзак и полез в палатку. Может быть, спать. Все остальные, вытеревшись и одевшись, вернулись к костру: выяснить, кто такие Фетида, Фемида и Ахилл, которого зачем-то держали за пятку. И я начал пересказывать «Илиаду», иногда переходя на гекзаметры. Ребята слушали, затаив дыхание. Рассказывал я не слишком подробно, поэтому уже через час замолчал, совершенно охрипший… и оглядел своих спутников. В их рядах произошли кое-какие перемены: Нино пристроился под боком у Лео, естественно; Романо – у меня, тоже нормально, моя левая рука каким-то образом оказалась на плече у Вито; сидевший поначалу немного на отшибе с кисло-циничной физиономией (вкручивайте, вкручивайте) Траяно переместился поближе к Гвидо; Тони, разумеется, прислонился к брату. А слева от Роберто лежал на животе Луиджи! Кажется, серьезно надеялся, что, если его понесет пакостить, Роберто вовремя схватит его за шкирку, а я, может быть, не замечу. Я и правда не замечу – у меня еще мозги не отшибли но тебе, пакостник, не стоит этого знать. Я взглянул на часы: половина двенадцатого – и взялся рукой за горло: не могу больше говорить.
– Отбой, – скомандовал Гвидо малышам.
– Ну-у! – заныли они хором.
– Не ныть! – твердо велел Лео. Нытье отрезало. Лео взглянул на меня:
– Тебе еще чаю? Я энергично покивал. Посмеиваясь, мой друг отправился к реке за водой. Мальки полезли в палатки за зубным щетками, все остальные тоже встали размять ноги. Я приобнял Романо за плечи:
– Я тебя утром зря обругал, – прошептал я хрипло, прости. Ты вовсе не нытик и не с Новой Сицилии.
Он хмыкнул и смущенно опустил взгляд:
– Ну, вообще-то, я еще мог идти. Я же забрался, – добавил он с гордостью.
Я кивнул:
– Поэтому всё, что я сказал тогда, теперь уже неправда. В любом случае.
Он кивнул.
– Иди спать, – велел я.
Минут через десять котята забрались, наконец-то, в свои спальники. Гвидо, сурово нахмурив брови, сходил и проконтролировал. Мы, зевая, устроились вокруг костра, поджидая, когда закипит вода в котелке. Разговаривать нельзя: стенки палаток частично откинуты, а мальки еще не заснули.
Гвидо растянулся на траве рядом со мной:
– Готов еще раз сыграть «Ночной бой», ни разу не закрыв глаза, – признался он тихо.
– Пройденный этап, – заметил Алекс.
В этот момент палатка, в которой спали наши котята, вздрогнула от сильного удара. Алекс мгновенно скрылся внутри и через пару секунд выбрался, ведя за предплечья Тони и Романо в футболках, трусах и босиком.
– Бой Гектора с Ахиллом, – прокомментировал Алекс, останавливаясь передо мной.
Эпические герои опустили головы. Я тихо застонал – этого мне только не хватало – и просительно посмотрел на Лео. Он кивнул и печальным тоном поинтересовался:
– И в чем дело?
Мальчики переглянулись и опять опустили головы, тяжело вздохнув. Упрямое молчание типа «это он виноват, но жаловаться я не буду».
Мы тоже переглянулись.
– Самое лучшее снотворное, – предложил хитроумный Лео.
Я чуть заметно улыбнулся и согласно прикрыл глаза.
– Отжаться, э-э-э, тридцать раз – и спать, – приказал Лео сурово, героически сдерживая готовый прорваться смех.
Романо бросил на меня вопросительный взгляд. Я утвердительно кивнул: приговор обжалованию не подлежит. Котята плюхнулись на травку и начали отжиматься, кажется, они решили, что легко отделались (для любимчиков). В палатку они убрались с дрожащими коленками: теперь точно заснут.
– Когда будем вставать? – спросил Гвидо, подавая мне кружку с горячим чаем. Я благодарно кивнул.
– Котята – в девять. Поздновато мы их спать уложили. Мы – на полчаса раньше.
– Ты дежуришь первым, – заявил мне начальник штаба, – до половины второго, потом Роберто, я, Алекс и Лео.
Я очень хотел возразить, но всё, что я придумал, было либо слишком обидно, либо несерьезно. Младший братишка вырос, и сбрасывать его вниз… Нет, ни за что. А Лео даже бровью не повел. Ну да, он же говорил, что так Гвидо быстрее вырастет, и теперь с удовольствием наблюдает, как исполняется его пророчество. Вот еще и Кассандра на мою голову!
Я пошел убедиться, что дети заснули – даже Луиджи во сне выглядит как маленький ангел, – и вернулся к костру.
– Ты его в самом деле?… – с тихим ужасом спросил Гвидо.
Я помотал головой:
– Нет, я сделал гораздо хуже. Я его пальцем не трону. И не трону, пока он сам не согласится.
– А если он не наберется храбрости?
– Тогда ему придется пойти к Ловере и пожаловать на меня. Я его, дескать, отлупил.
– Садист, – деловым тоном заметил Алекс. – Ребенок мучается. Проще трепку перетерпеть.
– Ага, я тоже так думаю, – согласился я.
– Думаешь, сработает? – серьезно поинтересовался
