Достаточно неприятно, если родители бросили тебя при рождении, и к тому же твои уникальные способности используются для политических убийств и промышленного шпионажа, а война на Этне никогда не утихает… «Похоже, у меня началась война против всех, и ставка моя жизнь?» — так думал Энрик Галларате, «маленький дьявол». И как всегда отправился на поиски приключений на свою голову. Впрочем, далеко ходить не придется — приключения ищут его сами. И, что характерно, находят. Стоило бы рассчитать корреляцию между приключениями Энрика и войнами на Этне. А что? Наверняка есть. И еще неизвестно, что следствие, а что причина! Ну что ж, берегись, враги!
Авторы: Оловянная Ирина
гримасу: не всё так просто.
Я на секунду покрепче прижал Вито и Романо к себе, выпустил их, застегнул страховку, схватился за канат, отошел от края на несколько шагов, разбежался… Оп! Мгновение полета – и мои ноги врезались в невысокие кустики на другой стороне.
Остальное – дело техники… если бы малыши не боялись. Роберто перелетел так же легко, как и я. Мы связались, он отошел подальше от края, сел на землю и постарался врасти в нее, как настоящий якорь. Я махнул Рукой Лео на том берегу: давай. Канат подтянули на ту сторону, навесили на него гроздь рюкзаков, толкнули ко мне… Теперь ребятам предстоит тяжелая работа: Уговорить малышей не бояться, а нам с Роберто – простая: похвалить каждого смельчака, оказавшегося на нашей стороне.
Тони врезался в меня, как ядро из древней пушки, упали на землю и расхохотались.
– А ведь здорово! – заявил Тони. – Я бы еще покатался.
– Ага, – согласился я, отстегивая его от каната. – Только плюхайся не на меня. Отойди от края.
Следующим ко мне прилетел Луиджи, очень ему было страшно, но оставаться вдали от доброго Роберто, видимо, еще страшнее.
– Герой! – серьезно сообщил я ему.
Он только фыркнул, как рассерженный кот, и поскоей убрался от меня подальше.
Потом перенеслись Нино и Романо, вчера на переправе я понял, что высоты они не боятся, и для них это было немногим страшнее, чем для Тони.
Я небрежно их похвалил.
– Сидите все рядом с Роберто, – велел я котятам, – если ему придется кого-нибудь держать, вы на нем повисните.
Они посерьезнели и покивали головами – ответственное поручение.
Вито впилился в меня еще сильнее, чем Тони, так что я опять не устоял на ногах. Мальчишка вцепился в меня мертвой хваткой, прижался лицом к моему плечу и почти плакал от облегчения.
– Всё уже, всё, – приговаривал я, поглаживая его по спине, – храбрый котенок!
Он засмеялся сквозь слезы. Придется мне обзавестися носовыми платочками. Я поскорее отстегнул Вито от каната: пока там еще Траяно уговорят…
Траяно уговаривали минут десять. Остальные котят сидели в пяти метрах от нас, вокруг Роберто, и никак не комментировали происходящее. Интересно, сами догадались или Роберто пресек?
Траяно начал рыдать еще на том берегу и продолжал заниматься этим, пока разбегался, это его и подвело: он недолетел до моей руки каких-нибудь несколько сантиметров, а я, стараясь его поймать, рухнул вниз, под обрыв крепко приложился плечом о неудачно торчащий камень с острыми краями и повис на страховке. Наверху громко охнул Роберто.
Лео на том берегу не растерялся и подтянул Траяно к себе: сейчас будет вторая попытка.
– Энрик! – раздался испуганный голос.
– В порядке, – откликнулся я, – сейчас вылезу. Роберто, сиди на месте.
Я ухватился за осыпающийся прямо под моими руками край обрыва и подтянулся.
Дурак я, дурак! Если бы я не свалился вниз, мог бы подтащить Траяно к себе так же, как это сделал Лео. А так теперь будет второй раунд уговоров.
– Ребра целы? – обратился я к Роберто.
Он кивнул, сдерживая смех: на нем кучей лежали котята.
Во второй раз Траяно уговаривали даже немного дольше, чем в первый, но на этот раз он не рыдал и благополучно приземлился коленками мне в живот. Хорошо, что котят у нас только шестеро, будь их побольше, меня бы прямо здесь и похоронили.
Трое моих друзей переправились без проблем. Алекс набрал код на пульте и расстегнул зажим. Я свернул веревку – этот овраг еще не последнее препятствие на нашем пути.
– Будем надеяться, что у речки найдутся два нормальных дерева, – резюмировал Алекс.
И речка, и деревья, растущие по ее берегам, уже виднелись впереди, до них осталась всего-то пара километров по ровному, поросшему невысокой травой полю.
У реки необыкновенно подобревший Алекс позволил котятам побросать «кошку» на другой берег. Я пятнадцать минут любовался этим безобразием, а потом напомнил, что времени у нас совсем нет.
– Ну-у! – заныли разочарованные котята. Я грозно на них посмотрел. Они притихли.
– Зануда! – обругал меня Алекс, раскручивая «кошку».
– Котята не смогли перебросить «кошку» на тот берег, – заметил я, – и это естественно.
Мы посмеялись. Повзрослевшие в одночасье котята без нытья и жалоб перебрались через реку: такое препятствие уже не казалось им страшным. Прекрасно.
– Река делает петлю, – пояснил Алекс. – Мы, конечно пойдем прямо. А болото начинается вон там, – он мах рукой.
Примерно в километре от нас виднелись какие-то высокие ярко-зеленые заросли – обещанный Алексом тростник.
– У кого фляжка пустая – наполнить, – велел Гвидо, – и не вздумайте пить как лошади.
– А как пьют лошади? – влез Романо.
– Это я тебе потом
