Саргассы в космосе

по сравнению с испытаниями, которые выпали на долю экипажа второго флиттера.
Они поднялись в рубку, чтобы доложить капитану. Но капитан слушал их вполуха. Он то и дело посматривал на Тан Я, который сидел за пультом бортовой радиостанции, напряженно вслушиваясь в эфир, готовый в любой момент выйти на связь. Капитана тоже можно было понять. Где-то там, в таинственных просторах Лимбо, затерялся уже не только Али — затерялись Рип, Тау и Стин Вилкокс — треть экипажа «Королевы».
— Опять! — с досадой проговорил Тан. Он сморщился и обеими руками оттянул от ушей наушники. И сейчас же в рубке стал слышен шум, рвущийся через мембраны. Поначалу его можно было принять за жужжание пеленгатора, но тон его все повышался, пока не перешел в визг, от которого заныло в ушах.
Дэйн вслушивался в этот визг и вдруг уловил в нем что-то знакомое: какую-то скрытую пульсацию, знакомый ритм… да-да, тот самый ритм, который он ощутил, приложив ладони к шершавой стене в зловещей лощине.
Значит, есть некая связь между этим шумом в эфире и вибрацией далекой скалы!
Визг оборвался так же внезапно, как и начался. Тан вновь надвинул наушники и стал ждать вызова — либо рации пропавшего флиттера, либо радиотелефона Али.
— Что это было? — спросил Мура.
Капитан Джелико пожал плечами.
— Мы знаем не больше вас. Возможно, какой-то сигнал… он повторяется весь день через равные промежутки времени.
— Приходится признать, — пробасил Ван Райк, остановившись в дверях рубки, — что мы на Лимбо не одни. И вообще на Лимбо много такого, чего сразу не заметишь.
Тут Дэйн решил поделиться своими подозрениями.
— археологи… — начал он, но капитан бросил на него выразительный взгляд, и помощник суперкарго замолчал на полуслове.
— Пока нам ничего не известно, — холодно сказал капитан. — Ступайте, ребята, поешьте и отдохните…
Глубоко уязвленный Дэйн поплелся за Мурой и Кости вниз, в кают-компанию. По дороге они прошли мимо каюты капитана. Из-за двери было слышно, как дико визжит в своей клетке Хубат. «Мне сейчас самому впору так визжать», — подумал Дэйн с горечью. И даже горячая еда, ничуть не похожая на резиновую жвачку, которой он питался накануне, не могла поднять его настроение.
Однако та же еда оказала самое благотворное влияние на настроение Кости.
— Плохо вы знаете Рипа! — восклицал он во всеуслышание. — Это же головастый парень! И мистер Вилкокс тоже знает, что к чему. Наверняка они где-нибудь уютненько устроились, сидят себе и ждут, пока эта штука не рассосется. Кому же придет в голову вылезать в такой туманище?..
«Хорошо бы, если так, — подумал Дэйн. — А вдруг на Лимбо живут люди, которые знают все причуды местного климата, знают эти туманы и умеют ими пользоваться… например, как прикрытием… А этот радиошум… может, это пеленг, и по этому пеленгу отряды крадутся сейчас сквозь мглу… и направляются эти отряды сюда, к „Королеве«!»

После обеда все свободные члены экипажа собрались у входного люка.
Они, конечно, предпочли бы находиться где-нибудь поближе к рубке управления, но присутствие там капитана исключало такую возможность.
Поэтому лучшее, что им оставалось, это торчать у открытого люка, таращить глаза в затянутое серой мглой пространство и напряженно прислушиваться, не раздастся ли наконец урчание моторов флиттера.
— Они же толковые ребята, — в двадцатый раз повторял Кости. — Не станут они рисковать своей головой, пробираясь сквозь это дерьмо. Вот Али — другое дело. Его сцапали раньше, чем все это началось.
— Может быть, это браконьеры? — предположил Викс.
Великан задумался.
— Браконьеры? М-да… Но что браконьерам делать на Лимбо, скажи, пожалуйста? Что-то я не видел здесь мехов и драгоценных камней. — Он повернулся к Дэйну:
— Как насчет этих мертвых тварей в лощине, Торсон?
Могут браконьеры у них чем-нибудь поживиться?
— Оружия у них не было… и одежды тоже, насколько я мог судить, сказал Дэйн рассеянно. — А на плантациях у них растут пряности; я таких никогда не видел…
— А это не наркотики? — спросил Викс.
— Если и наркотики, то это что-то новое. Тау их тоже не знает… Дэйн поднял голову и прислушался. Он был почти уверен… ага, вот снова! Тише! — Он схватил за рукав Кости и подтащил к люку. — Прислушайся…
Слышишь? А теперь?
Туман был настолько плотен, что казалось, будто наступила ночь. Даже сигнальный огонь на носу «Королевы» не мог рассеять эту тьму. Туман странно искажал звуки, дробил и множил урчание моторов, и можно было подумать, что целая армада флиттеров приближается к «Королеве» одновременно