Черное с белым рождают серый. Ну, а если это были магии?.. Наш современник, работающий в охране высокопоставленных лиц, попадает в мир магии, еще и в придачу белый маг ему все свои знания передал.
Авторы: Друзь Вадим
на смену ей, откуда ни возьмись, появилась любознательная хохотушка, которой удалось своими расспросами растормошить даже всё ещё неулыбчивого Зига.
А часа через два пополудни густой лес отступил от краёв гостевого тракта и они увидели, что уже почти вплотную приблизились к горам, и вдали, на пределе зрения, можно даже разглядеть господствующую над предгорьем крепость Старк.
— Барон, — почти торжественно произнёс Тони и широким жестом очертил окрестный вид, — а вот это и есть ваши земли!
Макс оглядел открывшийся пейзаж, и кивнул:
— Впечатляет…
— Барон? — вклинилась Элька, — Кто барон? Макс — барон?
— Ха, — дурашливо хохотнул Тони, — самый настоящий, сударыня. Разрешите исправить упущение и представить вам королевского мага барона Максимилиана Грея!
— Тони… — укоризненно качнул головой Максим.
— А что — Тони? Элька ведь с нами? Всё равно узнает. А мы её в курс дел введём, и она никому не проговорится. Сударыня, вы ведь умеете хранить тайны?
— Я? Да! Я — никому! — тут же скроила на лице какое могла послушное выражение любопытная хитрюга, — А Зиг — кто?
— Зиг у нас — Вольный Дракон!
— Бывший… — добродушно прогудел Бекк.
— Драконы бывшими не бывают! — продолжая дурачиться, патетически изрёк парень, но, тем не менее, последние слова пришлись сотнику по душе, и он довольно заулыбался.
— А ты? — продолжала допытываться ведьма.
— А я — младший помощник Великого Мага: «принеси, положь на место — в три притопа, в два присеста!..» — и оба прыснули смехом.
— Врёт он, — ворчливо обронил Макс, когда молодёжь отсмеялась, — Он не помощник, а скорее беда какая-то… А если всерьёз, то перед тобой, Элли, будущий владетель Стинии и Талании, наследный принц Антониони — собственной персоной…
— Кто?.. — с лица Эльки мигом схлынула вся весёлость, — Его Высочество?..
— Ну вот, Макс, вечно ты всё испортишь… — с укором протянул разоблачённый принц.
— А я тебя предупреждал. Ладно, давайте сменим тему. Я вот в памяти роюсь, роюсь, и никак толкового ответа найти не могу: почему все говорят о разрушенной крепости, а я отсюда никаких разрушений не наблюдаю? И стены у неё высокие, и донжон вроде бы посредине возвышается — что же там разрушено-то?
На правах очевидца ему ответил Зигмунд:
— По правде говоря, не очень-то она и разрушена: у донжона вершина снесена, да одна из стен громадным проломом зияет… Если быть точным, она скорее заброшена, чем разрушена. У нас никто к ней не ходит, все обогнуть норовят — страшное место…
— Страшное? Чем же?
— Страшное — и всё. Никто и не знает, почему там становится страшно. Но это так и есть, мне самому как-то раз выпало проходить невдалеке, и я точно знаю, что это не байки: по мере приближения становится вначале неуютно, потом тревожно, а потом страшно… На моей памяти была пара безголовых смельчаков, которые на спор пошли внутрь. Один вообще не вернулся, а другой с тех пор не разговаривает и никого не узнаёт…
Макс повернулся к принцу:
— Тони, а кому она принадлежит?
— Теперь — тебе, — поравнял с ним коня Тони, — а, насколько я помню из истории, более ста лет назад, когда мой прапрадед её взял, ею владел вольный барон Мерц…
— Мерц… Мерц — что-то вертится в голове…
— Он якобы знался с тёмными силами, хотя и не был магом — так было написано. А мой предок более двух месяцев осаждал его крепость, и смог её взять, только построив самый большой в истории камнемёт, с помощью которого провалил, наконец, стену. А дальше — неясная концовка:
— по памяти прочитал
