Золотые дары, которыми боспорский басилевс Перисад Пятый почтил память почившего скифского царя Скилура, по пути в Скифию таинственным образом превратились в бронзу и медь. Молодой Палак, по воле отца избранный войском в обход трёх старших братьев новым царём Скифии, получил желанный предлог для вторжения на Боспор…
Авторы: Михайлюк Виктор Сергеевич
свиток, Гиликнид отпустил его нижний край, отчего папирус тотчас свернулся в трубку, и поднял, наконец, свои маленькие, глубоко спрятанные в глазницах под недовольно насупленными бровями тёмно-карие глазки на робко застывшего около порога юношу в доспехах гекатонтарха.
Главному телохранителю басилевса Перисада было около пятидесяти. Это был невысокий, сухощавый, узкоплечий мужчина с маленькой круглой головой, покрытой короткими прямыми каштановыми волосами, изрядно поредевшими над узким, изрезанным глубокими морщинами лбом. Одет он был в кожаную коричневую тунику, обшитую на плечах вертикальными, а на груди горизонтальными серебряными полосами. Центр панциря украшал рельефный позолоченный трезубец, как знак того, что его владелец служит боспорскому басилевсу (поскольку правящие вот уже почти 330 лет на Боспоре Спартокиды вели свой род от самого Посейдона, они выбрали трезубец владыки морей символом своего царского рода).
Разглядывая вытянувшегося у двери со шлемом на сгибе левой руки Делиада, Гиликнид сделал вид, будто не узнаёт его. Затем тонкие фиолетовые губы хилиарха, обрамлённые аккуратными усами и узкой, облегающей скулы и подбородок каштановой бородкой раздвинулись в некоем подобии любезной улыбки.
— А-а, наконец-то сам гекатонтарх Делиад удостоил нас своим посещением! — сухой, скрипучий, как песок, голос хилиарха неприятно резанул слух Делиада. — Очень рад видеть тебя в добром здравии. А то вот, — Гиликнид небрежно указал на лежащие перед ним на столе свитки, — твой высокочтимый отец беспокоится, что я делаю его сыну слишком много поблажек.
О том, что матушка Делиада, почтенная Мелиада, в своих письмах к нему просила, по возможности, оградить её единственного сыночка от излишних тягот военной службы, подкрепляя свои просьбы ценными подарками, хилиарх предпочёл умолчать.
— Да что ты встал там у двери? Подходи-ка ближе. Не бойся, я не кусаюсь. Хе-хе-хе!.. Ну ладно — пошутили, и хватит, — сменил тон Гиликнид, как только Делиад переместился к разделявшему их столику. — Я вызвал тебя, чтобы сообщить об ответственном и, надеюсь, приятном для тебя задании. Будем считать, что время, отпущенное тебе, чтобы освоиться в славных рядах соматофилаков басилевса, завершено. Пора начинать службу всерьёз… Ты, кстати, знаешь, что недавно умер старый владыка наших соседей скифов?
— Слыхал.
— Ну так вот. Наш басилевс отправляет послов в Скифию, чтобы почтить прах своего друга Скилура, а тебе и твоей сотне поручена почётная миссия сопровождать и охранять наших послов в этой поездке.
— Но я…
— Главой посольства будет твой отец. Ты назначен охранять послов по его просьбе. Так что твоя поездка в Скифию — дело решённое, — пресёк на корню попытку Делиада уклониться от хлопотного задания хилиарх. — Побываешь в родном городе, повидаешься с родителями, дедушкой, покрасуешься в доспехах царского гекатонтарха перед феодосийскими друзьями и подружками — чем плохо? Да и твоим бойцам будет полезно поупражняться лишний раз в верховой езде.
Вспомнив, что ему нужно выпросить у деда денег, чтобы рассчитаться с накопившимися долгами, Делиад молча склонил голову, смирившись с тем, что ему таки придётся исполнить свалившееся, как летний снег на голову, почетное поручение.
— Ну, вот и славно. Выступаете завтра с рассветом, верхоконно, в полном боевом снаряжении. Проследи, чтобы доспехи, оружие и сбруя у всех твоих воинов сияли, как у быка яйца, чтобы нам не осрамиться перед варварами. Но сперва зайди к логографу Аполлонию: у него тебя дожидается купец Полимед, назначенный одним из послов. С этой минуты ты и твоя сотня поступаете в его полное распоряжение.
Царская канцелярия с помещением для писцов, архивом и кабинетом главного логографа-секретаря Аполлония, державшего на своих плечах основную часть груза управления страной, находилась на втором ярусе цитадели. Пока поднимались туда по двум крутым лестничным маршам, Делиад сообщил Ламаху о полученном задании.
Войдя в канцелярию, Делиад спросил у скрипевших тростниковыми перьями по папирусу в передней комнате рабов-грамматов здесь ли купец Полимед. Старший писец ответил утвердительно и предложил гекатонтарху войти в кабинет — его давно ждут.
Шагнув за порог соседней комнаты, Делиад увидел двух сидевших на стульях у правой стены солидного вида мужей. На разделявшем их круглом столике с единственной витой бронзовой ножкой стоял довольно большой ларец, богато инкрустированный слоновой костью и золотыми рельефами в виде гирлянд и спасающихся бегством от хищников травоядных животных, с удобной ручкой в виде распушившего длинный хвост и гриву золотого коня
