Золотые дары, которыми боспорский басилевс Перисад Пятый почтил память почившего скифского царя Скилура, по пути в Скифию таинственным образом превратились в бронзу и медь. Молодой Палак, по воле отца избранный войском в обход трёх старших братьев новым царём Скифии, получил желанный предлог для вторжения на Боспор…
Авторы: Михайлюк Виктор Сергеевич
Так же скоротали долгую холодную ночь, греясь у горевших под стеною костров в доспехах и с оружием наготове, все феодосийские мужчины, от 13-летних подростков до 70-летних стариков, и большинство женщин. Ночь выдалась тёмная, будто по небу разлили чернила, и, чтоб дозорные не прозевали подкрадывающихся врагов (особенно, если опять, как минувшей ночью, наползёт туман), кто-то предложил завести на стены сторожевых собак. Так и было сделано, и рядом с чуткими псами дрожавшие под плащами на холодном ветру часовые, вслушиваясь в непроглядную тьму за стеной, сразу почувствовали себя куда спокойней и уверенней. Другая умная голова, узнав об острой нехватке рогатин, предложила товарищам вооружиться для отпихивания вражеских лестниц печными ухватами.
Когда на рассвете скифы, словно бесчисленные полчища серых крыс, хлынули из всех щелей с сотнями длинных лестниц на приступ, все две с половиной тысячи защитников города в несколько минут оказались на стене, шепча побелевшими губами молитвы и обещая щедрое вознаграждение богам, если те помогут пережить это страшное утро. Ехавшие позади пехотинцев с лестницами скифские всадники стрел не жалели: стрелы пролетали между мерлонами столь часто, что нельзя было даже на миг выглянуть наружу, не рискуя получить скифскую стрелу в глаз. Тем не менее, феодосийские лучники отвечали стрельбой с верхних площадок башен и узких бойниц, но их жидкие стрелы могли остановить хлынувшую на город скифскую лавину не больше, чем комариные укусы разъярённого быка.
Когда передовые скифы приблизились к стене на расстояние броска, гекатонтархи скомандовали притаившимся за мерлонами воинам метать во врага дротики и заранее припасённые увесистые камни. И хоть большинство метало их наугад, скифы бежали столь густо, что многие камни и дротики всё же находили себе жертву.
После того как скифы, не обращая внимания на потери, приставили лестницы к стенам, Лесподий (сменивший по настоянию Никия свой чересчур заметный командирский шелом на шлем попроще) выхватил меч и спустился с Никием и десятью телохранителями (другие десять ждали с осёдланными конями под стеной) с привратной башни на примыкающую к ней слева стену. Громко подбадривая и помогая, где нужно, своим мечом её защитникам, он двинулся к Деметриным воротам.
Забыв в горячке боя о страхе, горожане скидывали на головы скифам с мерлонов тяжёлые брёвна и камни, лили из ковшей на них непрестанно подаваемый с помощью верёвок на стену кипяток, дружно отпихивали рогачами лестницы. Когда номарх с обагрённым вражеской кровью мечом добрался до Деметриных ворот, откуда была видна вся стена на запад и на восток, он с радостью убедился, что феодосийцы нигде не дрогнули и скифы всюду получили энергичный отпор. Лестницы повсеместно были сброшены и везде скифы отхлынули назад, унося с собой убитых и раненых и утаскивая лестницы.
На стене началось бурное ликование, тотчас подхваченное внизу сотнями визжащих от радости женских и детских голосов. Вмиг освободившись от угнетавшего их все последние дни тягостного чувства, что они оказались брошены властями Боспора на произвол судьбы, и порождённого им страха и глухого отчаяния, защитники города обнимались, целовались, восторженно вопили, смеялись, плакали, возносили, молитвенно воздевая руки к небу, хвалу родным богам, кричали в спину скифам отборные ругательства и обидные насмешки. Враг оказался вовсе не так силён и грозен, каким виделся ещё полчаса назад.
Когда победная эйфория немного спала, горожане снесли вниз и положили под стеной убитых и раненых товарищей, где ими тотчас занялись врачи. Вскоре Лесподию доложили, что всего в это утро от скифских стрел погибло 45 человек и 68 были ранены (не считая тех, кому посчастливилось отделаться царапинами и ссадинами) — неизмеримо меньше, чем потеряли скифы!
Но расслабляться было рано: у скифов всё ещё было внушительное численное превосходство, и они могли повторить атаку в любой момент. Лесподий приказал мальчишкам собрать и принести отцам и старшим братьям все залетевшие в город скифские стрелы, и сделать у каждого мерлона новые запасы камней, а всех кузнецов, столяров и оружейников отправил в их мастерские — готовить для варваров новую порцию дротиков.
Явившиеся к полудню в усадьбу напротив западных ворот Феодосии, в которой со вчерашнего дня обосновались Марепсемис, Эминак и тысячник Камбис, вожди мрачно доложили, что неудачный штурм стоил им почти двух тысяч убитых, раненых и покалеченных при падении воинов.
— Ничего, греки тоже наверняка немало потеряли от наших стрел! — бодрым голосом воскликнул Эминак, но никто из вождей, похоже, эту его уверенность не разделял. Предложение повторить
