Савмак. Пенталогия

эргастул, конюшня и небольшой, мощёный булыжником двор были обнесены высоким каменным забором с неширокими одностворчатыми воротами посередине. С левой стороны к забору была пристроена открытая спереди кухня, с дровяным складом, чуланом для хранения продуктов, длинным столом, двумя вкопанными в землю лавками и очагом, на котором повара из числа рабов готовили скудную пищу для своих товарищей и арестантов (арестантов кормили раз в день — их подкармливали родственники; рабов — утром и вечером; стражи питались тем, что захватили из дому). Из тридцати городских стражей два десятка были в распоряжении номофилаков днём, а третий охранял эргастул ночью, меняясь через каждую декаду.
  Явившись в первое своё рабочее утро в эргастул, Минний и его напарник Дамокл (тоже сторонник антискифской партии Гераклида) прежде всего познакомились с выстроившимися во дворике двумя десятками стражей дневной смены. Это по большей части были молодые люди, недавно отслужившие эфебами, из семей перебивавшихся с хлеба на воду бедняков (каждому стражу полис платил по три обола в день; такая же плата была и у воротных стражей).
  Затем оглядели выведенных во двор рабов. Обутые в стоптанные, подчас дырявые кожаные башмаки и скифики, одетые в грязно-серые, латаные полотняные хитоны длиною до колен (некоторые счастливцы имели даже штаны), заросшие длинными, спутанными, давно не мытыми, кишащими паразитами волосами, служившими им вместо шапок, вид они имели довольно жалкий.
  В это утро с мрачного зимнего неба валил густой лапчатый снег, и выгнанные из пусть и зловонных, но сухих и защищённых от холодного ветра полуподвальных камер рабы, следя настороженными глазами за незнакомыми номофилаками, зябко кутались в истёртые до дыр, истрёпанные по краям рогожные плащи, сшитые наверху в виде капюшона, служившие им днём защитой от ветра, дождя и снега, а ночью — одеялами. Хотя настоящих морозов ещё не было, многие простужено кашляли и шморгали красными сопливыми носами.
  Не спеша проскользив взглядом по их безучастно-тупым лицам (те, на кого падал его взгляд, спешили опустить глаза), Минний не обнаружил среди них Демотела. На его вопрос один из стоявших за спиною декеархов пояснил, что Демотел иеродул Таврополы в Старом Херсонесе.
  Это затрудняло дело — там облегчить участь Демотела Миннию будет затруднительно: храмовые рабы пребывали в полной власти старшей жрицы, каковой там из года в год переизбиралась Мессапия. Удивительно, что Демотел до сих пор ещё жив… Разве что — попробовать выкупить его? Предложить Мессапие за него хорошие деньги. Может она и соблазнится. Как бы с нею встретиться?.. А что, если набраться наглости и заявиться прямо в дом Формиона… в его отсутствие? Вот только удастся ли оттуда выйти живым? Вопрос…
  Оставив на месте двух поваров и пару конюхов, остальных стражники после завтрака погнали на работы в город. По мере необходимости полисные рабы занимались починкой городских стен, причалов, военных кораблей, общественных зданий и иными работами по запросам демиургов. Основной же каждодневной их работой была уборка от мусора городских улиц и площадей, чистка от грязи дождевых канавок. Накопившийся в домах и дворах мусор, кухонные отбросы и навоз горожане время от времени вываливали прямо на улицы под стены своих домов. Поэтому каждое утро (конечно, если не лило как из ведра и не дул шквальный ветер) полисные рабы под присмотром четырёх-пяти стражников отправлялись с мётлами и лопатами в поход по городским улицам (сегодня в одной части города, завтра — в другой, послезавтра — в третьей), грузили мусор на сопровождавшую их одноконную телегу, вывозили за город и сваливали в одной из балок. Вечером, когда покупатели и торговцы расходились по домам, рабы очищали от мусора агору и рыбный рынок. Возвращались в эргастул, усталые и голодные, нередко — озябшие и промокшие, почти всегда — битые, уже в сумерках. Без этой каждодневной работы город давно утонул бы в грязи и отбросах.
  После ухода рабов Минний и его напарник Дамокл заглянули в камеру к узникам, сверяясь с имевшимся в комнате номофилаков списком, расспросили их имена, кто и за какую вину заточён, есть ли жалобы. Всего на тот момент в эргастуле томилось девять узников, заключённых в одной камере (так было теплее), а ещё две пустовали.
  Дамокл остался дежурить в эргастуле, а Минний решил пойти проверить, надёжно ли охраняют в порту корабельных рабов.
  Каждую осень, по окончании навигации, принадлежащие херсонеситам четыре десятка торговых судов (как правило, это были пентаконтеры — «широкобёдрые» однопалубные пятидесятивёсельники) вытаскивались в обеих херсонесских гаванях — Западной и Восточной (мелководная Рыбачья