мне ли не знать. Уф… какой удобный сундучок для походной аптечки… плетеный, с множеством отделений, только тяжелый!
Пыхтя от натуги, я вытащила свое сокровище на крыльцо госпиталя и с некоторой досадой отметила, что солнце радостно катится к горизонту. Темнело здесь очень быстро, как всегда в тропиках, а я не сообразила взять посыльного в аптеке и могу не успеть до темноты найти мальчишку-аборигена, которому можно будет заплатить за переноску сундука. Как же я так переоценила свои силы? От жадности? В аптеке казалось, что сундук не такой уж и тяжелый.
Вот дура, сразу надо было догадаться, что сама не справлюсь. Тем более что шататься по улицам Фиакетты после наступления темноты — плохая идея для одинокой леди. Днем это абсолютно безопасно и даже не считается неприличным — колониальная жизнь допускает некоторую свободу нравов. Но вечером — другое дело.
Нервно оглядываясь с высокого крыльца, я машинально отметила, что улица совершенно пуста, а левее, буквально в десятке шагов, мостовая растворяется в тростниковых зарослях и жизнерадостно-растрепанных пальмах, между которыми поблескивает медленно текущий проток. Госпиталь располагался на самой окраине, а потому тут не было видно ни извозчиков, ни вездесущих любопытных подростков-аборигенов.
Ничего не поделаешь — придется возвращаться на второй этаж, в аптеку, и заказывать доставку. Или вообще оплачивать шарофонный разговор и просить мэстрисс Нисон прислать за мной экипаж. Да! Точно!
Тяжело вздохнув, я подхватила свой сундук и потащила обратно в здание, заранее предвкушая подъем по довольно крутой каменной лестнице. Оставлять покупку просто на крыльце было нельзя — свистнут в момент.
— А-а-а-а-ай-яй-я-а-а-а-а-а-а-а!
Отчаянный тонкий вопль, раздавшийся за спиной, едва не довел меня до инфаркта. Сундук я и вовсе уронила. Но не успела даже обернуться, только краем глаза заметила вдруг, как из тростниковых зарослей в левом конце проулка вылетело что-то маленькое и стремительное. Продолжая отчаянно кричать, это нечто бросилось к крыльцу.
Мамочки, это ребенок!!!
Крошечный чернокожий пацан буквально врезался в мои юбки, схватился за них и потянул, задергал куда-то в сторону реки, продолжая громко рыдать.
— Что? Что случилось?! — сначала выпалила я, а потом сообразила, что это маленькое перепуганное чучелко, скорее всего, меня просто не понимает. Но ему и не нужно было, он меня за юбку тянул не просто так, а целенаправленно — куда-то в сторону тростников.
У меня на секунду мелькнула мысль о подставе и ловушке — читала я о таком. Но мелькнула и тут же пропала — ребенок выглядел по-настоящему испуганным и рыдал на полном серьезе. Плюнув на свои опасения и на свой драгоценный короб, оставленный на крыльце, я перестала упираться и со всех ног кинулась туда, куда тащил меня чернокожий малыш.
Несколько шагов бегом, пальмы, пальмы, под ногами захлюпал топкий бережок, и вот мы уже на малюсенькой прогалине в глубине тростниковых зарослей. Похоже, это несанкционированная свалка какой-то местной артели — на земле кучами валяются неопознанные обрывки, ошметки и осколки, а среди всего этого мусора бьется совсем крошечное тело — маленькая девочка хрипит и задыхается, глядя широко раскрытыми глазищами в никуда. Кажется, она уже почти задохнулась…
Притащивший меня мальчишка опять громко взвыл и кинулся к девочке, но остановился буквально в полушаге и бессильно зарыдал, размазывая слезы по шоколадной мордашке. Потом оглянулся на меня, и в его глазах было столько ужаса и надежды, что у меня коленки подкосились. Что я-то могу сделать?! Я даже не понимаю, что с ребенком!!!
Хватать и нестись обратно в госпиталь, что ж еще, дура набитая! А ну бегом!
Я уже наклонилась над девочкой, когда пацаненок снова засуетился, замотал коротко стриженной курчавой головенкой и вдруг изобразил короткую пантомиму: схватил с земли круглый блестящий шарик — похоже, бракованную бусину, их тут много рассыпано было, — сделал вид, что глотает ее, а потом схватился за горло и засипел.
Да господи! Ребенок просто подавился?! Вроде ерунда, глупость несусветная, а девчушка уже посинела, и я ее не дотащу до госпиталя живой, даже если буду бежать изо всех сил… И как помочь?! По опыту возни с племянником я знаю, что через рот закупорившую дыхательное горло гадость ни за что не достать, тем более быстро.
От отчаяния я сделала единственное, на что у меня хватило мозгов: с криком схватила малявку за ноги, перевернула вниз головой и принялась отчаянно и резко трясти, так что бедный ребенок болтался в воздухе, как поплавок на бурной волне.
Ну