Пытаясь отговорить своего жениха, молодого священника Хола Хендрена, от опасной авантюры, Дженни решилась провести с ним ночь, не догадываясь, что в ее спальню вошел вовсе не высоконравственный Хол, а его старший брат, красавец Кейдус, соблазнитель женщин и нарушитель общественной морали. Ночь была упоительна, и Джсенни не понимает, как мог Хол покинуть ее после случившегося. Кейдуса терзает совесть, потому что он давно уже глубоко любит девушку. Но как ей сказать, что он ее обманул? В довершение ко всему Хол вскоре погибает, а Дженни узнает, что беременна.
Авторы: Сандра Браун
расстегнутой на груди, чтобы дать доступ воздуху, сыпя проклятиями сквозь сжатые до боли зубы, он выглядел более внушающим страх, чем любой из наводнивших здание солдат.
— Мистер Уизерс объяснил им, что тело Хола еще не доставили в город.
— Деревня где… где… была…
— Казнь, — резко подсказал Кейдж.
— Да, хорошо, деревню, где это произошло, осаждают повстанцы. Однако они ожидают, что тело доставят до заката солнца, — поспешил добавить он успокаивающе.
— К закату! — воскликнула Дженни. Провести день в этом охваченном войной месте представлялось удручающей перспективой.
— Боюсь, что так, мисс Флетчер. — Мистер Уизерс бросил нервный взгляд на Кейджа. — Возможно, это случится раньше. Никто ничего не знает наверняка.
— А что мы должны будем делать все это время? — спросила она.
Он прокашлялся.
— Ждать.
И они ждали. Нескончаемые часы тянулись с монотонной вялостью. Им не разрешили покидать здание. Когда мистер Уизерс воспользовался своей дипломатической властью, чтобы добиться для них еды и питья, им принесли черствые сэндвичи с ветчиной и три стакана мутной теплой воды.
— Несомненно, они доставили это из какой-нибудь тюрьмы, — сказал Кейдж и выбросил оскорбительный бутерброд в ближайшую, до краев заполненную мусором урну.
Дженни также не смогла откусить от своего ни кусочка. Ветчина была покрыта зеленоватой противной пленкой. Но они все же выпили воду, опасаясь возможности обезвоживания организма. Они изнемогали от полуденного зноя, пока солдаты, прислонившись к стенам и поставив рядом с собой автоматы, придавались сиесте.
Кейдж твердыми шагами бродил из угла в угол, бормоча проклятия и оскорбления в адрес Монтерико и его доблестных воинов. Светлые волосы и зеленые глаза Дженни были редкостью в этой стране,большинство населения которой составляли латиноамериканцы. Кейджа беспокоило то, о чем она даже не догадывалась. Каждый раз, когда скучающие солдаты бросали заинтересованный взгляд в ее сторону, глаза Кейджа угрожающе прищуривались.
Охранники не имели ни малейшего понятия, что он прекрасно знал испанский, и, когда один из них отвесил сальное замечание относительно Дженни своему приятелю, Кейдж, нахмурившись и сжав кулаки, повернулся к вояке. Мистер Уизерс схватил его за рукав:
— Эй, парень, ради всего святого, не делай глупостей. Иначе у нас окажется три тела, которые надо будет пересылать вашим родителям.
Уизерс был прав, и Кейдж с воинственным видом вернулся на свое место на кушетке. Он крепко взял Дженни за руку:
— Не отходи от меня ни на секунду, что бы ни случилось.
Только тогда, когда солнце скрылось за верхушками деревьев в далеких джунглях, большой военный грузовик прогромыхал по улице и остановился напротив правительственного здания. Водитель и несколько военных лениво высыпали из машины и, закурив сигареты и перешучиваясь между собой, принялись разминать конечности после долгого и утомительного пути. Один из них, с самым большим животом и погонами, вошел в кабинет командира.
— Должно быть, это они, — с надеждой заметил мистер Уизерс.
Он оказался прав. Командир вышел из кабинета, держа в руках пачку бумаг. Он жестом приказал им следовать за ним. Брезент, закрывающий кузов грузовика, был отдернут, и командир поднялся, чтобы заглянуть внутрь. За ним последовал Уизерс. Потом Кейдж.
— Нет! — крикнул он Дженни, когда та поставила ногу на подножку колеса.
— Но, Кейдж…
— Нет, — повторил он твердо.
В грузовике стояло четыре гроба. Хол оказался в третьем открытом ими. Дженни поняла это по изменившемуся лицу Кейджа, когда сняли крышку. Оно жутко исказилось, будто бы кто-то отпечатал на нем новое выражение. Кейдж зажмурил глаза и, сжав зубы, содрогнулся. Уизерс задал ему короткий вопрос, он кивнул.
Когда он снова открыл глаза, они подняли бортик кузова грузовика, чтобы он больше не смог увидеть своего брата, однако каким-то образом ему это удалось. Его лицо смягчилось, и слезы показались на глазах. Он протянул руку и нежно коснулся лица брата.
Командир выкрикнул краткий приказ на испанском языке, и гробы были запечатаны вновь. Кейдж и Уизерс спрыгнули с грузовика, и четверо солдат поднялись туда, чтобы спустить гроб.
Едва Кейдж спустился с грузовика, он обнял Дженни. До этого момента она даже не осознавала, что плачет.
— Забирайте нас отсюда, — сказал он Уизерсу, вертевшемуся неподалеку. — Прикажите им доставить гроб в аэропорт, и немедленно едем отсюда.
Уизерс бросился исполнять предложение Кейджа. Коснувшись пальцем ее подбородка, Кейдж приподнял ей голову:
— С тобой все в порядке?
