Пытаясь отговорить своего жениха, молодого священника Хола Хендрена, от опасной авантюры, Дженни решилась провести с ним ночь, не догадываясь, что в ее спальню вошел вовсе не высоконравственный Хол, а его старший брат, красавец Кейдус, соблазнитель женщин и нарушитель общественной морали. Ночь была упоительна, и Джсенни не понимает, как мог Хол покинуть ее после случившегося. Кейдуса терзает совесть, потому что он давно уже глубоко любит девушку. Но как ей сказать, что он ее обманул? В довершение ко всему Хол вскоре погибает, а Дженни узнает, что беременна.
Авторы: Сандра Браун
себе представить дальнейшее. — Она обогнула переполненную корзину с мусором и направилась к двери, которая, по ее предположениям, вела в подсобное помещение.
— Ой, Дженни… — Кейдж протянул руки и попытался ее остановить, но было поздно.
Едва дверь распахнулась, гигантский настенный календарь наполовину сорвался с крючка и ударил ее по плечу. От неожиданности Дженни отпрыгнула назад и удивленно на него посмотрела. Однако ее удивление нельзя было даже сравнить с потрясением, которое она испытала, когда водрузила календарь на место и всмотрелась в глянцевую фотографию.
Красотка с надутыми алыми губками щеголяла лишь голубой сверкающей звездой с надписью «Из самого сердца Техаса», прикрепленной на стратегически самом важном месте. Большую часть изображения занимали груди размером с подушку, с большими и алыми, как спелые клубничины, сосками.
Кейдж смущенно закашлялся:
— Это подарок команды бурильщиков на прошлое Рождество.
Дженни твердо захлопнула дверь и взглянула ему в лицо:
— Зачем ты меня сюда привез?
Он заложил руки в задние карманы джинсов, потом вытащил их и нервно похлопал ладонями по бедрам.
— Гм… Дженни, почему бы тебе не присесть, — сказал он, нагибаясь, чтобы очистить на диване для нее место.
— Я не хочу садиться. Я хочу лишь поскорее покинуть эту комнату и глотнуть свежего воздуха. Скажи, зачем ты меня сюда притащил.
— Ну, ты говорила, что тебе нужна работа, и я подумал…
— Да ты шутишь?! — перебила она его, осененная внезапной догадкой.
— А теперь, Дженни, выслушай меня. Мне нужен кто-нибудь, кто…
— Тебе нужна команда подрывников и бульдозер. Когда они справятся со своей работой, можешь начать все с чистого листа. — Она направилась к двери.
Он загородил ей выход и обнял руками за плечи.
— Я вовсе не имею в виду уборку. Я сам приведу здесь все в порядок. Я подумал, что ты сможешь отвечать на телефонные звонки и выполнять другую офисную работу, ну сама понимаешь…
— Ты прекрасно справлялся все эти годы. Кто отвечал на твои звонки?
— Автоматическая служба. Мою линию обслуживала телефонистка.
— А почему теперь ты решил отказаться от этого?
— Чертовски неудобно проверять звонки каждый час.
— Заведи пейджер.
— Я пытался.
— И что?
— Я прикрепил его к поясу, но… гм… я потерял его.
Дженни окинула его пристальным взглядом. Кейдж виновато отвел глаза.
— Да уж. Представляю, почему носить пейджер на поясе могло оказаться неудобным. — Она снова попыталась уйти, однако он крепко держал ее.
— Дженни, пожалуйста, послушай меня. Ты хочешь работать, тебе нужна работа. Я ее тебе предлагаю.
— Даже шимпанзе можно выдрессировать, чтобы он отвечал на телефонные звонки. Кроме того, ты сказал, что линия подключена к автоматическому обслуживанию.
— Но откуда я узнаю, что они принимают все звонки? К тому же нужно выполнять и кое-какую другую работу.
— Какую, например?
— Вести корреспонденцию. Ты даже не представляешь себе, сколько с этим возни.
— А кто занимается этим сейчас? Ты?
— Нет, одна моя знакомая.
Дженни одарила его еще одним понимающим взглядом, и он раздраженно вздохнул.
— Да ей около восьмидесяти семи, она чудовищно близорука, и у нее старинная печатная машинка со стершимся шрифтом. Представляешь, как выглядит в ее исполнении слово «текст», если буква «т» у нее не пропечатывается, а вместо «е» она частенько по рассеянности вставляет «э».
Ее прищуренные зеленые глаза подозрительно на него уставились.
— Что за тонкая игра слов?
— Клянусь, я вовсе ничего не имел в виду, но рад, что ты все поняла правильно. Значит, ты не совсем безнадежна.
Она проигнорировала последнее его замечание и осмотрелась по сторонам:
— У тебя нет даже печатной машинки.
— Я куплю. Любую, какую только пожелаешь.
Мысль о том, чтобы заняться чем-то более продуктивным, показалась ей захватывающей и интересной, однако она все равно не могла принять его предложения. Расстроенно опустив плечи, Дженни покачала головой:
— Я не могу, Кейдж.
— Почему?
— Твои родители так во мне нуждаются.
— Вот здесь ты права, как никогда, — прямо в точку, лучше и не скажешь. Они в тебе нуждаются. Думаешь, ты оказываешь им хорошую услугу, все за них делая и не давая им и ногой ступить самостоятельно? Они еще далеко не старики, но если лишить их цели в жизни, то очень быстро состарятся. Им надо заново учиться жить и радоваться жизни, однако они этого никогда не сделают, если будут во всем на тебя полагаться.
— У меня никогда не было ребенка, и я не могу знать, что значит
