Пытаясь отговорить своего жениха, молодого священника Хола Хендрена, от опасной авантюры, Дженни решилась провести с ним ночь, не догадываясь, что в ее спальню вошел вовсе не высоконравственный Хол, а его старший брат, красавец Кейдус, соблазнитель женщин и нарушитель общественной морали. Ночь была упоительна, и Джсенни не понимает, как мог Хол покинуть ее после случившегося. Кейдуса терзает совесть, потому что он давно уже глубоко любит девушку. Но как ей сказать, что он ее обманул? В довершение ко всему Хол вскоре погибает, а Дженни узнает, что беременна.
Авторы: Сандра Браун
Густые волосы его подмышек казались мягкими и пушистыми. Будет ли ему щекотно, если до них дотронуться? Несомненно. Осмелится ли она попробовать? На мгновение Дженни стыдливо опустила глаза, потом подняла снова.
Еще в ту ночь в Монтерико она была потрясена его обнаженным торсом. Сейчас она имела возможность внимательно рассмотреть его во всех деталях — тугой изгиб грудных мускул, облачко волос, широкие в размахе плечи, мощная грудная клетка, сужающийся в ребрах силуэт. Его живот был тугим и плоским. В центре его виднелась небольшая пупочная впадина.
Он лежал со скрещенными в районе лодыжек ногами, босиком. На нем были надеты джинсы.
И они были расстегнуты.
Это были обычные джинсы ковбоев и бурильщиков, со старомодной застежкой на пуговицах. Джинсы казались вылинявшими по краям и местами потертыми. Они плотно облегали его длинные ноги и подчеркивали мужское достоинство. Лента волос спускалась в темневшее отверстие.
Дженни осознала, что уже слишком долго сдерживает дыхание. Она закрыла глаза и медленно выдохнула. Было легко догадаться, как это случилось. Едва Кейдж закончил принимать душ, он дал волю долго сдерживаемой усталости и свалился на кровать, мгновенно заснув, не побеспокоившись о том, чтобы застегнуть джинсы. Помимо всего прочего, он провел всю ночь за рулем.
Он был одет, просто…
Ее сердце яростно билось, Дженни снова открыла глаза. Почти помимо ее воли они сфокусировались на нижней половине его туловища. С каждым вздохом его живот поднимался и опадал, мышцы двигались в приковывающем внимание эротическом балете.
Дженни была загипнотизирована, покорена и испытывала сильнейшее искушение. Зачем сопротивляться?
Она дотронулась до него.
Ее пальцы нащупали гладкую полоску волос, покрывавших его обнаженное туловище. Дженни проследила ее дрожащей рукой вплоть до его пупка. Указательным пальцем она робко коснулась этой завораживающей впадины, словно желая измерить ее глубину, и погладила окружавшие ее волосы.
Он был таким живым и теплым. Из него словно сочилась энергия, и ее пальцы покалывало, будто от слабых разрядов электрического тока. Он был воплощением мужественности. Дженни чувствовала себя слабой, зависимой, покоренной его мощью.
Неумолимо продвигаясь вперед, ее рука спустилась ниже. Волосы, которых она коснулась у самого края открытой застежки, были темнее, плотнее и волнистее.
Она заколебалась и подняла голову. Когда Дженни взглянула в его лицо, она тихо вскрикнула.
Слезы блестели у него на глазах. Он оставался недвижимым, нисколько не изменил своего положения, не произнес ни слова, но в его глазах она прочла целую гамму чувств. И это тронуло сердце Дженни гораздо больше, чем простое прикосновение.
Он не встречал в своей жизни проявлений подлинной любви, искренней привязанности. Его никогда не ласкали и не гладили добрые, страстные руки. Нежные прикосновения отсутствовали в его детстве и юности. Он был лишен бескорыстной, искренней привязанности.
Дженни не колебалась. Она даже не успела подумать об этом. Ее разум и душу не сдерживали никакие ограничения.
Рука ее проскользнула в его расстегнутые джинсы.
Искренний, страстный стон родился где-то глубоко в груди Кейджа. Мгновенно опустив руки, он вцепился в простыни. Он сжал зубы с выражением экстатического блаженства и уткнулся затылком в подушку. Слезы брызнули у него из глаз, когда он с силой зажмурил их, отдавшись нахлынувшему на него, словно речной поток, острому чувству наслаждения.
Он вцепился большими пальцами в пояс джинсов и сдернул их до бедер, помогая себе дальше стащить их резкими рывками босых ног, пока, наконец, не отбросил в сторону последним пинком.
Дженни с округлившимися от удивления глазами взглянула на свою руку. Он более чем заполнил ее. Он был крепким, полным, тяжелым и горячим. Она восхищенно пожирала его неискушенным, жадным взглядом.
Действуя чисто инстинктивно, она повернулась и придвинулась к нему поближе, прижавшись щекою к его бедру. Ее волосы рассыпались по его телу, как шелковая мантия. Он пытался пробраться сквозь них, судорожно перебирая пальцами.
Она изнемогала от любви к нему и хотела, чтобы Кейдж понял, каким чудесным, каким восхитительным он был, по ее мнению, душой и телом. Она приподняла голову от его бедра, склонилась чуть ниже и поцеловала его.
То, что произошло дальше, было выше ее понимания или воображения. С тихим стоном Кейдж повернул голову и начал осыпать ее тело поцелуями. Каким-то образом ее трусики слетели с нее, хотя она даже не могла себе представить, как это произошло.
Она чувствовала его руки на своих бедрах — гладящие, ласкающие
