Сборник «Хроники Амбера+Амберские рассказы»

— В чем дело, Мерль?
Я поднял руку, останавливая Флору. Ощущение контакта без самого контакта. Я словно смотрел в длинный и темный туннель, без малейшего проблеска света в дальнем конце.
— Сам не знаю, — ответил я, призвал Логрус и подготовил к действию один из его отростков. — Призрак, это ты? Хочешь поговорить?
Ответа не было. Я ощутил холод, но продолжал ждать, настроенный на прием.
Подобного я никогда еще не испытывал. Мною завладело сильное предчувствие, что, если я сделаю шаг, меня тут же куда-то перенесут. Что это? Вызов? Западня?
В любом раскладе, только дурак способен принять подобное приглашение от незнакомца. Я запросто мог оказаться снова в хрустальной пещере.
— Если ты чего-то хочешь от меня, — произнес я, — назовись и спроси прямо. Свидания вслепую не по мне.
Кто-то на том конце туннеля был, его присутствие чувствовалось. Но ни намека на личность этого кого-то.
— Отлично, — продолжал я. — Я не иду к тебе и тебе нечего сказать мне. Остается третье: ты хочешь пройти ко мне. В таком случае иди.
Я протянул руки, показывая, что они пусты. Моя невидимая удавка заняла свою позицию на левой руке, незримый разряд Логруса оседлал правую. Это был один из тех случаев, когда вежливость требует профессионализма.
В темном туннеле прозвучал негромкий смех — лишь ментальная проекция, звучал он холодно и бесплотно.
— Твое предложение, конечно, уловка, — услышал я, — ты не дурак. И все же, надо признать, в храбрости тебе не откажешь, раз ты обратился к неведомому. Ты не представляешь, с чем столкнулся, и все же готов встретить это лицом к лицу. Даже приглашаешь.
— Я повторяю свое приглашение.
— Я вовсе не считаю тебя опасным.
— Чего ты хочешь?
— Посмотреть на тебя.
— Почему?
— Может статься, мы встретимся с тобой на других условиях.
— На каких?
— Наши интересы могут столкнутся.
— Кто ты?
В ответ снова послышался смех.
— Нет. Не теперь. Еще рано. Я просто хотел посмотреть на тебя, изучить твою реакцию.
— Ну и что же? Все увидел?
— Почти.
— Если наши интересы должны столкнуться, пусть сталкиваются сейчас. Я предпочел бы покончить с этим, чтобы заняться серьезным делом.
— Ценю самонадеянность. Но когда придет время, выбор будет не за тобой.
— Я согласен ждать, — сказал я, осторожно протягивая отросток Логруса в темный туннель.
Пустота. Ничего…
— Восхищаюсь твоей хитростью. Вот, лови!
Что-то непонятное ринулось на меня. Мой магический отросток ощутил нечто мягкое — слишком мягкое и податливое, чтобы причинить серьезный вред; большая холодная масса, переливающаяся яркими красками…
Напрягая силы, я упорно стал пробиваться сквозь «нечто» все дальше, надеясь найти источник, который это распространяет, и наткнулся на что-то осязаемое, материальное, мягкое и упругое — возможно, тело, возможно, что-то еще; слишком большое, чтобы рывком перетащить его к себе.
Зато подвернулось кое-что другое: несколько предметов, твердых и достаточно малой массы. Я схватил один из них, выдернул из того, что его держало, и призвал к себе.
Беззвучный импульс изумления достиг меня одновременно с податливой массой и предметом, извлеченным с помощью Логруса.
Вокруг взорвался фейерверк: цветы, цветы, цветы. Фиалки, анемоны, нарциссы, розы… Флора ахнула, когда сотни их ливнем обрушились в комнату.
Контакт был мгновенно прерван. Я почувствовал, что держу в правой руке что-то маленькое и твердое, в нос ударил резкий цветочный запах.
— Что, черт побери, стряслось? — спросила Флора.
— Затрудняюсь ответить, — произнес я, стряхивая цветочные лепестки с воротника рубашки. — Любишь цветы? Бери, дарю!
— Спасибо, но я предпочитаю, чтобы мне их подносили в более привычной манере, — ответила она, уставившись на пестрый холмик, выросший у моих ног. — И кто же их послал?
— Безымянная личность из темного туннеля.
— А для чего?
— Похоже, мне на похороны. Разговор проходил на довольно угрожающих тонах.
— Сделай милость, помоги мне собрать их с пола, прежде чем ты уйдешь.
— Охотно.
— В кухне и ванной есть вазы.
Я стал собирать цветы, одновременно разглядывая предмет, который схватил в туннеле. Это была голубая пуговица, камень в золотой оправе. В петельке застряло несколько синих ниток, на камне выгравирован узор из четырех лепестков.
Я показал пуговицу Флоре, но она покачала головой:
— Это мне ни о чем не говорит.
Я достал из кармана обломок камня из хрустальной пещеры. Камни были одинаковы. Когда я провел пуговицей по руке рядом с Фракир, она