Сборник «Хроники Амбера+Амберские рассказы»

Содержание: 1. Девять принцев Амбера (Перевод: И Тогоева) 2. Ружья Авалона (Перевод: И Тогоева) 3. Знак Единорога 4. Рука Оберона 5. Владения Хаоса 6. Козыри Рока 7. Кровь Амбера 8. Знак Хаоса 9. Рыцарь Теней 10. Принц Хаоса 11. Сказка торговца (Перевод: Е. Голубева) 12. Синий конь, танцующие горы (Перевод: Т. Сальникова) 13. Окутанка и гизель (Перевод: Е. Голубева) 14. Кстати, о шнурке (Перевод: Т. Сальникова) 15. Зеркальный коридор (Перевод: Т. Сальникова)

Авторы: Желязны Роджер Джозеф

Стоимость: 100.00

от меня, на пол легла решетка из косых полос света. Я заставил себя идти дальше, а она отступала, меняя форму.
— Мерль, иди сюда! — Голос Люка, но его самого не видно.
— Куда? — спросил я, не останавливаясь.
Он не ответил, но световая решетка разделилась на две половинки и распахнулась передо мной, как ставни. Между ними блеснул ослепительный луч, и мне показалось, что по этой яркой полоске пробежал кролик. Затем видение исчезло, и поверить в то, что оно в самом деле было, заставил меня горький смех Люка.
Я побежал. Неужели Люк — на самом деле тот враг, о котором меня предупреждали? Неужели я был игрушкой в его руках и меня заставили испытать все эти злоключения лишь для того, чтобы спасти его мать, вызволить ее из плена в Цитадели? А теперь, когда она в безопасности, Люк имеет наглость являться в Амбер и вызывать меня на колдовскую дуэль на неясных условиях?
Нет, не верю. Нет у него подобной мощи. А если бы и была, Люк не пошел бы на подобное, пока Ясра у меня в руках заложницей.
На бегу я снова услышал его смех, звучавший отовсюду и ниоткуда. Вот он запел мощным баритоном: «Давным-давно»

… Что это, ирония?
Я влетел в тронный зал. Мартина и Борса здесь уже не было, только их пустые бокалы на столе. А возле другой двери?.. Да, там стояла Ясра, по-прежнему окаменелая, в той же позе и с моим плащом.
— Ладно, Люк, хватит валять дурака! — крикнул я. — Давай лучше обсудим наши дела.
— Что?
Песня внезапно оборвалась Я медленно подошел к Ясре, пристально разглядывая ее. Ничуть не изменилась. Только кто-то повесил шляпу на другую ее руку.
Откуда-то из глубин дворца послышался крик. Может, это Дроппа до сих пор зовет на помощь?
— Люк, где бы ты ни был, — сказал я, — если можешь видеть меня и слышать, гляди на меня внимательно и слушай. Она у меня. Ясно? Что бы ты ни затевал, помни об этом.
Комната внезапно как-то сморщилась, словно я стоял в центре картины без рамы, и холст сначала смяли, а потом туго натянули.
— Ну, так что скажешь?
Молчание. Потом вдруг раздалось хихиканье:
— Ну-ну. Мать-вешалка… Ну, спасибо, приятель. Неплохая идея… Не мог связаться с тобой раньше. Даже не знал, что ты пробрался туда… А нам устроили мясорубку. Я взял ребят — и на дельтапланах туда, по восходящим потокам. Но они были готовы. Нас сбили, а что дальше — не помню… Больно.
— Ты в порядке?
В ответ послышался звук, похожий на всхлипывание, и в это момент в зал вошли Рэндом и Дроппа; за ними по пятам следовал тощий и молчаливый, как смерть, Бенедикт.
— Мерль! — воскликнул Рэндом. — В чем дело?
Я пожал плечами:
— Понятия не имею.
— Выпивка четко за мной, — слабо донесся голос Люка.
Огненный вихрь пронесся по центру зала, а когда через несколько мгновений он исчез, на его месте появился огромный прямоугольник.
— Сделай что-нибудь, — приказал Рэндом, — ты ведь волшебник.
— Ума не приложу, что это за чертовщина, — ответил я, — в жизни подобного не видел. Это не магия, а сумасшествие какое-то.
Внутри прямоугольника стали вырисовываться контуры человеческой фигуры… Можно было разглядеть черты лица, одежду… В воздухе материализовывался гигантский Козырь. Это был… я сам. На меня смотрело мое собственное улыбающееся лицо.
— Иди сюда, Мерль, присоединяйся, — послышался голос Люка, и Козырь стал медленно вращаться вокруг вертикальной оси.
Зал наполнился звоном стеклянных колокольчиков. Огромная карта остановилась ребром ко мне, превратившись в черную полосу. Затем эта полоса стала раздвигаться, как штора, и над ней заскользили яркие разноцветные световые пятна. Там же я увидел Гусеницу, которая сосала кальян, какие-то толстые зонтики, яркую дорогу…
Сквозь штору высунулась рука:
— Сюда.
Я услышал тяжелое дыхание Рэндома.
Внезапно Бенедикт направил свой клинок на картину. Но Рэндом положил ему руку на плечо и сказал:
— Не надо.
В воздухе зазвучала странная музыка, каким-то удивительным образом соответствовавшая представшему перед нами видению.
— Идем, Мерль!
— Так ты сюда или туда? — спросил я.
— И то, и другое.
— Ты дал мне слово, Люк. Обещал сказать что-то важное, если я помогу освободить твою мать. Я доставил ее сюда. Так что за секрет ты хотел раскрыть мне?
— Что-то важное для твоего благополучия? — медленно спросил он.
— Ты говорил, что это крайне важно для безопасности Амбера.
— Ах, ты имеешь в виду это…
— Буду рад, если ты раскроешь и другое.
— Извини. Я обещал продать тебе лишь один секрет. Какой выбираешь?
— Важный для безопасности Амбера, — ответил

Песня шотландского поэта Р. Бернса (1759–1796), которую часто распевают в шумных компаниях в канун Нового года