Сборник «Солдат удачи»

аппаратуре, стоящей вдоль регенерационного бокса…
— Ваше величество, если вы меня слышите, кивните.
Алексей послушно выполнил просьбу. Потом проговорил с натугой, выбулькивая жидкость из легких:
— Моя дочь?
— Не волнуйтесь. Она в соседнем блоке.
— Герцог дель Ри?
— Погиб. Это было покушение.
— Сколько мне еще болтаться в этой колбе?
— Медики говорят, минимум две недели. Простите, ваше величество, мы вынуждены отключить вас…
Через мгновение Алексей вновь погрузился в ничто. И тут же вынырнул. На этот раз обстановка изменилась. Теперь он лежал в обычной палате. Попробовал пошевелиться — но это ему не удалось. Ноги совсем не слушались, как и правая рука. К его венам тянулись многочисленные шланги и провода, по которым пульсировали разноцветные жидкости. Увидел у пальца левой руки кнопку. Нажал. Через мгновение дверь в палату открылась, вошел врач.
— Ваше величество, вы очнулись! Великолепно. У вас очень сильный организм!
— Как моя девочка?
— Ее перевели в соседнюю палату. Думаю, что вы сможете ее вечером увидеть. А сейчас с вами очень хочет переговорить его высочество маркиз дель Ори.
— Кто это?
— Вы видели его в прошлый раз.
— Ладно. Давайте.
— У вас тридцать земных минут, ваше величество.
Врач поклонился и исчез. Через мгновение в палату вошел тот самый плотный мужчина, склонил голову в поклоне.
— Ваше величество, я — маркиз дель Ори. После нелепой кончины герцога дель Ри по выбору Совета замещаю его в должности Управителя.
— Присаживайтесь рядом, маркиз… Мне искренне жаль дель Ри. А что, собственно говоря, произошло?
— Покушение, ваше императорское величество. Погибло множество людей, но, хвала Богам, вы уцелели. Хотя и провели в регенерационной камере почти полгода.
— Стоп! Шесть месяцев?! А как же моя Има?
Маркиз вдруг посерьезнел:
— Ваше величество… Простите нас. Мы… Мы вынуждены были пойти на этот обман. Дочери вашего величества больше нет. Она погибла на месте. Мы ничего не смогли сделать.
— Как же?! Есть ведь технологии клонирования, восстановительные методики. В конце концов, можно ведь воссоздать ее заново…
— Ваше величество… Это невозможно. У Новой Метрополии таких технологий нет. Да и… От нее ничего не осталось. Взрыв был настолько силен, что ее тело практически полностью испарилось. Пусть мы и воссоздадим тело, но психоматрицу никто с нее не снимал. Мы даже не могли подумать, что возможно такое зверство! Да и от вас, собственно говоря, осталась только голова и кусок туловища. Мы воссоздали вас практически полностью заново. Это огромное счастье, что у вас уцелел мозг, иначе бы и вас мы не смогли восстановить.
Алексей не выдержал:
— Оставьте меня одного.
Маркиз послушно вскочил, поклонился и торопливо вышел из палаты. Парень отвернулся к стене, чувствуя, как нестерпимо режет глаза боль утраты… Попробовал шевельнуться — бесполезно. Тело не повиновалось. Голова и кусок туловища… Има… Как же он посмотрит в глаза ее сестре? И почему? Почему с ним такое?! Кто виноват?! Его месть будет безжалостной и беспощадной… Алексей не остановится ни перед чем, чтобы покарать убийц… Злоба, холодная, всепоглощающая, наполнила его тело, и Медведев вдруг почувствовал, что оно начинает повиноваться… Скрипнув зубами, попытался сесть, и это ему удалось. Он выпрямился, обрывая торчащие из тела трубки. Внезапно взвыла сирена, и в палату ввалились врачи, замерев от испуга и удивления в дверях. Парень медленно процедил сквозь зубы:
— Что стали? Вытаскивайте эту ерунду. И — одеваться!
— Но, ваше величество…
— Я — Император! Потом долечусь. Сейчас — к дочери. Ее похоронили?
— Ваше величество… Нам нечего было хоронить. Но мы все же сделали дубликат тела. Он готов к похоронам.
— Тогда — назначьте их на завтра. На полдень.
— Похороны по чьим законам?
— По законам Империи!..
…Залп караула. Дерево семьи, куда Алексей подвязал похоронное кольцо. Его черные траурные одежды землянина, и белые — на Майе. Та не плакала. Крепилась, несмотря на бессонные ночи, заполненные слезами. Сам Медведев тоже держался, стискивая кулаки. Он не мог себе позволить проявить слабость. Он — Император. Его горе не подобает показывать на людях, поскольку оно — его слабость. А Правитель не может, выказывать ее на людях… Вспышка энергетического разряда. Прах, собранный в урну. Теперь ее замуровывают в стену. Первая урна в новом ряду. В новой Императорской усыпальнице. И пусть он знает, что это не Има, добрая и не по годам умная девочка, родом из Империи, прихотью судьбы ставшая его дочерью. Просто, как выразился врач, — дубликат.