Сборник

Ушанка, метательный нож и ремень. А в пластиковом пакете что? Пробитая фляжка, командировочные документы, цепочка, крестик, кольцо с «Дыханием севера». Ого — «Чешуя дракона» на месте! Что-то про нее говорили — а, потом припомню. Мерзко поблескивал закатившийся в угол пакета оберег с пауком. Брать не буду, пусть здесь валяется.

Я шагнул к соседнему шкафу, открыл растрескавшуюся дверцу, снял с крючка фуфайку — столько дыр, что уже и не фуфайка, а самый настоящий дуршлаг — и похлопал по карманам. «Макаров»? Вот так подарок. Кроме заряженного пистолета в кармане валялись вытащенные из распоротого потайного кармана деньги. Ты смотри, не сперли! Вот это дисциплина! Неужели люди Царько так боятся своего начальника? Четыре с копейками тысячи рублей, одна золотая пятирублевка и четыре новеньких серебряных рубля многих могли бы ввести в искушение. И серебряная фляжка весит немало. Да, кстати, сколько серебра в монетах? 7,78 грамма. Неплохо. Рубли отчеканены в технике «пруф», но, давно вытащенные из коробочек, они утратили свой блеск и были заляпаны отпечатками пальцев. Это ничего, мне не коллекцию собирать.

Пистолет я убрал в правый карман, нож — в пришитые на штанину петли, зашнуровал ботинки и, непонятно зачем прихватив паучий оберег, уверенно вышел из палаты. Никого. Ну и темень здесь! Хоть бы пару лампочек вкрутили. И куда теперь? Здание клиники имело форму буквы «П», моя палата находилась примерно посередине одного из боковых крыльев. Бывать здесь раньше доводилось нечасто, а поэтому, решив лишний раз не плутать по темным коридорам, я двинулся по более-менее знакомому маршруту. Если не ошибаюсь, за этой дверью небольшой холл с выходом на лестницу. Так и оказалось. Но лучше бы мне ошибиться.

— Куда собрался? — Резко крутнувшись на месте, Катя развернулась ко мне от высокого — от пола до потолка — окна. Благодаря застекленным оконным проемам, почти полностью занимавшим две стены, угловая комната была хорошо освещена. От контраста с темным коридором заслезились глаза.

— Дела, дела, — пробормотал я и бочком двинулся к выходу. Желание выяснять отношения пропало без следа. Возникшее чувство тревоги и усилившееся дурное предчувствие гнало меня прочь.

— Дела? Ты понимаешь, чем рискуешь? Тебя же не пролечили до конца! — Девушка двигалась незаметно, но путь к лестнице оказался перегорожен.

— Все я понимаю, — разозлился я и пошел прямо на нее. — Только откуда такая забота о моем здоровье?

— Ты что несешь, Скользкий? — приподняв брови, ледяным тоном поинтересовалась Катя.

— Вот что. — Когда-то такого тона с лихвой хватало, чтобы у меня напрочь пропадало желание задавать вопросы, но сейчас я лишь еще больше завелся и вытянул вперед руку с зажатым меж пальцев оберегом.

— Это было для твоего же блага. — Делать вид, что не понимает, о чем речь, валькирия не стала и, пожав плечами, отступила на шаг к окну.

— Да что ты говоришь?! — В глазах потемнело, на пальцах вспухли волдыри ожогов, и оберег расплавленной серебряной капелькой упал на пол. Дорога к лестнице теперь была свободна, но меня уже понесло.

— Да послушай! Это был единственный шанс оставить тебя в живых! — с надрывом крикнула мне в лицо Катя. — Иначе тебя живым из Форта не выпустили бы!

— А просто предупредить нельзя было? — Я ухватил отступающую от меня девушку за плечи и пристально посмотрел в глаза. Жутко хотелось ей поверить, но позволить это себе я не мог. — Я ведь тебе доверял…

— Не могла я ничего сказать. Ты бы не поверил, да и не изменило бы это ничего — слишком ставки высокие. — Катя отшатнулась от меня, но вырваться не смогла. На лестнице застучали чьи-то шаги, распахнулась дверь, и в холл ввалились несколько человек. Катя моментально вновь обрела уверенность в себе. — И сейчас не поздно все исправить. Вернись в свою палату, мы оплатим еще один день лечения, а завтра можешь быть свободен.

Завтра. Заманчивое слово. Завтра все будет хорошо. Завтра все будет. Завтра будет. Завтра. А сегодня потерпи или расслабься и получай удовольствие. Стиснув зубы, я лихорадочно искал выход. Скосив глаза, мне удалось разглядеть вошедших в холл валькирий. У двух в руках автоматы — на своей территории Лига плевать хотела на запрет огнестрельного оружия, — у третьей арбалет. К лестнице не пробиться. Что же делать?

— Здешний главврач потрясающий специалист, если кто-то и может излечить тебя от стылой лихоманки, так это он, — завела старую шарманку Катя.

Девушки остановились у двери и в разговор не лезли.

— Где твои крылья?.. — наконец приняв решение, усмехнулся я. Насчет некоторых людей