Сборник

– Да не дергаюсь я, не дергаюсь…

– Руки в гору! – дернул вверх стволом чаромета второй бандит, украшенное здоровенным кровоподтеком лицо которого показалось смутно знакомым.

Точно! Это ведь по нему я в «Кишке» потоптался!

Семёра?

Значит, еще и помучаюсь…

Я молча поднял руки над головой. В глазах мелькали какие-то серые точки, уши заложило, но надвигающийся приступ волновал сейчас меньше всего – пусть дар ясновидения и вышел из-под контроля, но сведет меня в могилу вовсе не он. Нет, так легко спрыгнуть не получится…

Тем временем бандиты с «дыроколами» разошлись в разные стороны двора, а старый знакомец сноровисто охлопал мою куртку и принялся шарить по карманам.

– Это они?

Он кинул Федору коробочку с пилюлями и отступил на шаг назад. Ямин поспешно вытряс одну из горошин себе на ладонь, лизнул и закивал:

– Они, они!

– Ну сам догадаешься, что нам надо, или подсказать? – оскалился бандит с автоматом, и ухмылка вышла у него откровенно волчьей.

– Лучше подсказать, – решил я потянуть время.

Зачем?

А чего на тот свет торопиться? «Вы помедленнее, кони…» и все такое прочее…

Обыскавший меня парень переложил чаромет в левую руку, но ударить не успел – главарь хохотнул и соизволил пояснить свои слова:

– Вот эти таблетки нас интересуют. У кого берешь?

– Такие сложности из-за каких-то таблеток? – озадачился я.

– Ну а чего ты своего кореша тогда с поставщиком не свел? Если это простые таблетки, а? – Бандит обернулся к Феде: – Так и не раскололся ведь, где берет?

– Нет! – пустил петуха Ямин. – Уж я и так и эдак, а он ни в какую!

– Вот. – Главарь пристально глянул мне в глаза и покачал головой. – Нехорошо запираться.

– Да что в них такого особенного? Вы объясните толком, – заюлил я, чувствуя, как начинает рвать голову силящийся отыскать путь к спасению дар. Но тщетно, уйти отсюда своими ногами, судя по всему, было не суждено.

– Ты с темы-то не соскакивай! – рявкнул бандит с чарометом. – А то, фраер, быстро пожалеешь!

– Я уже жалею…

– Не стоит тянуть время, – быстро раскусил меня главарь. – Будешь говорить или…

– Буду, – кивнул я, между тем лихорадочно оглядывая двор. – Конечно, буду…

Вихрем кружившиеся в голове образы сменяли друг друга все быстрее, но попытки спастись с пугающей закономерностью заканчивались избиением. Моим избиением. Руками, ногами, прикладом…

– Так говори! Или колено прострелить?

– Не надо. – Я судорожно сглотнул и предупредил: – Тогда сразу приступ скрутит. Болевой шок и все такое. Загнусь.

– Хорош уже эту туфту толкать! – Терпения у стоявшего за спиной бандита оставалось еще меньше, чем у главаря. – Начинай испражняться! Живо!

– Таблетки у посредника брал, – уставился я себе под ноги. – Производителя не знаю.

– Ничего, мы сами с посредником потолкуем…

– А со мной что будет?

– Говори, где посредника найти, и вали отсюда на все четыре стороны, – хищно облизнул губы главарь. – Ну?

– Федя, – повернулся я к явно чувствовавшему себя не в своей тарелке парню, – ты расписал меня полным идиотом?

Удар в печень оказался не столько болезненным, сколько неожиданным. Ойкнув, я осел в снег, медленно выдохнул через судорожно стиснутые зубы воздух и часто-часто задышал. Перед глазами все плыло, но блаженное забытье никак не приходило.

А жаль…

– Вставай! – заорал врезавший мне парень. – Живо!

– Не вынуждай нас начать тебя калечить, – спокойно заявил скинувший с плеча ремень автомата бандит.

– Может, договоримся? – предложил я и, не желая становиться живым заменителем боксерской груши, медленно поднялся на ноги.

– И что такого ты можешь нам предложить? – удивился главарь.

– Я рассказываю все, что знаю, и исчезаю из Форта. Навсегда.

– Хорош уже вату катать! – прошипели сзади, и тут же меня довольно чувствительно приложили стволом чаромета по уху. – Зашибу, сволочь!

Главарь издевательски улыбнулся и передернул затвор автомата.

– Вариантов два, – сказал он. – Либо рассказываешь все сам и умираешь быстро, либо… Ну ты понял, да?

Ямин сипло выдохнул и обеспокоенно повернулся к стоявшему у меня за спиной парню:

– Стас, мы же…

– Заткнись! – моментально оборвал тот Федю и заорал: – Рожай, короче! А то прямо уже руки чешутся.

Вот не думал не гадал