Сборник

Оправдание, конечно, аховое, но совесть точно мучить не будет. Не рой другому яму, да…

– Меня заставили!..

Яровой вытащил из кобуры главаря ТТ, шагнул к Феде и выстрелил ему в затылок. Потом выкинул пистолет в снег и спокойно поволок тело моего бывшего компаньона к остальным мертвецам.

– Держи!

Прибежавший от ворот Денис Селин сунул Гамлету десятилитровую канистру и умчался обратно. Принц направился к трем поваленным друг на друга трупам и прикрикнул на Ярового:

– Борис! Головы тащи!

– Мусорщика нашел? – огрызнулся тот, потом сплюнул и, воспользовавшись загнутой арматурой, сгреб к общей куче останки бандитов, разорванных шаровыми молниями.

Датчанин невозмутимо облил тела едко пахнущим бензином и чиркнул спичкой.

– Это еще зачем? – спросил я, когда мы, оставив позади рвущиеся к небу языки чадящего пламени, зашагали к воротам.

– Ты о медиумах слышал что-нибудь? – Филипп Городовский обогнал меня и первым залез в припаркованный рядом с внедорожником темно-синий микроавтобус, за рулем которого нас дожидался Селин.

– Слышал. Но думал, брехня, будто они духов вызывать умеют.

Не могу сказать, что эта тема меня так уж сильно интересовала, но лучше языком трепать, чем о случившемся думать. Думать о произошедшем не хотелось совершенно. А ведь придется…

– Насчет духов брехня, – кивнул Филипп, – но в мозгах мертвецов они копаться насобачились, этого у них не отнять. Некротелепаты, блин! Никакого житья не стало.

– А вы, значит, меры приняли… – сообразил я и едва не полетел на пол, когда Селин, вывернув руль, газанул и направил автомобиль на дорогу.

– Именно.

– Слушайте, а кто пятым был? – Яровой и Городовский палили из автоматов, Гамлет стрелял из чаромета, Денис ждал в машине. Не хватало снайпера. – Кто голову тому типу с «калашом» прострелил?

– Неважно, – не стал ничего объяснять Гамлет. – Важно сейчас другое.

– Что именно?

– Важно, в какую историю, Евгений Максимович, ты нас втравил.

– Втравил? – фыркнул я. – Учитывая последние события, у меня возникают большие в этом сомнения!

– Если бы не твои побасенки о серебре, ничего бы этого не было!

– Побасенки?! – возмутился я и вдруг все понял: – А! Так вы обо всем заранее знали! Ну и кто, Принц, кого после этого куда втравил?

– А ты сказал нам, с кем за серебром собрался, а? – перешел в наступление Датчанин. – Нет же, тайна великая!

– Хватит орать уже, – попросил Селин и свернул на Кривую. – К делу переходите.

– Кстати, о деле, – встрепенулся я. – А в чем, собственно, дело?

– Не понял еще? – перегнулся через спинку кресла сидевший впереди Филипп и кинул мне коробочку из-под «Тик-Така»: – Вот в этом.

– Ничего не понимаю. – Я шумно выдохнул и попросил: – Объясните убогому, что такого в этих таблетках-то?

– О «магистре» слышал?

– Ну.

– А это «антимагистр». Гасит способности у колдунов и уников.

– Понятное дело! Я его тоже не для свежего дыхания принимаю!

– А доводилось ли вам слышать, Евгений Максимович, – вкрадчиво поинтересовался Гамлет, – о дури под названием «озверин»?

– Это еще тут при чем?

– При том, что состав у них совпадает процентов на семьдесят!

– Кто-то хочет выйти на производителя «озверина»? – сообразил я.

– Кто-то? Да, кто-то, – заржал Селин и, отсмеявшись, спросил: – Куда сейчас?

– Давай сразу в клуб.

– Объясните толком, что происходит! – потребовал я. – Наркотики не мой профиль!

– Да мы уже поняли, – устало вздохнул Филипп. – Ты об «озверине» хоть что-нибудь знаешь?

– Не-а. Название только слышал.

– Оно и видно. Этот наркотик появился с месяц назад. Просто взял и возник из ниоткуда. Нет ни оптовых дилеров, ни точек распространения. Да и сидит на нем не так много народа пока.

– Но у некоторых иногда сносит крышу и они начинают валить всех подряд?

– Именно.

– И что тогда в нем такого особенного? Очередная дурь, редкая и опасная.

– В первую очередь интересны побочные эффекты, – пояснил Гамлет. – У наркоманов отмечен невероятно высокий болевой порог, усиленная регенерация и, ко всему прочему, значительное увеличение магического потенциала. На постоянной, заметь, основе увеличение.

– Да, полезная штука. Так понимаю, есть что-то еще?

– Точно, – улыбнулся Городовский. – Проблема в том, что