Сборник

тяжести ранения включительно, – потребовала девушка. – Мне без ноги остаться не хочется, знаешь ли.

– Срабатывать постоянно будет…

– Настрой!

Пиромант тяжело вздохнул, но подругу ослушаться не решился.

– Довольна? – спросил он, с минуту потыкав едва слышно пищавшие от прикосновений кнопки.

– В рюкзак не убирай. В карман положи.

– Как скажешь.

Вскоре мы свернули с расчищенной трактором объездной дороги и, по пояс проваливаясь в глубокий снег, начали пробираться к видневшимся неподалеку силуэтам полуразобранных цехов. В темноте заброшенные строения выглядели на редкость зловеще, и, будь моя воля, близко бы к ним не подошел.

Только вот выбора особо не было, и пришлось переться через сугробы в надежде отыскать среди развалин какой-нибудь подходящий для ночлега дом.

Да что там подходящий? Хотя бы четыре стены и крышу над головой найти, а то совсем околел уже. И это я в Форте на мороз жаловался?!

Вскоре нам удалось выбраться на узенькую тропинку, вытоптанную то ли наведывавшимися сюда охотниками за цветными металлами, то ли бойцами Патруля, проверявшими прилегающие к дороге здания. Оно и неважно на самом деле – люди ходят, уже хорошо. Это как в прошлой жизни на шашлык в парк Девятого мая выбраться: наверняка всех клещей первого и второго числа уже собрали.

Тропинка тянулась и тянулась меж заброшенных зданий; согнувшийся под тяжестью рюкзака Напалм сопел все надсадней, да и меня начало обуревать желание рухнуть в сугроб и хоть немного отдохнуть. И тем не менее первый более-менее подходящий дом пришлось забраковать: изнутри его густо затянул серый иней, и соваться туда, по словам Веры, не стоило даже самоубийце. Очень, очень паскудная и долгая смерть такому идиоту обеспечена.

К следующему зданию пришлось пробираться через сугробы – тропинка вильнула в сторону. К этому времени нервы у меня уже были напряжены до предела, и трясти начинало буквально от каждого подозрительного шороха. А этого добра хватало с избытком: шорохов, скрипов, свиста гулявшего по развалинам ветра…

Именно поэтому на подспудное нежелание забираться внутрь я поначалу внимания обращать не стал. Мало ли кому чего не хочется. А в доме ветра нет, костерок разведем, чаек вскипятим – благодать…

Заподозрил неладное, лишь когда ни с того ни с сего меня начал бить озноб. Незамедлительно прислушался к ворочавшемуся на дне подсознания ясновидению и сразу замедлил шаг. Изрядно ослабленное таблетками предвидение нехотя охватило вызвавшее подозрения здание, но единственное, что удалось почувствовать – это жуткий холод.

Неужели переутомился? Да нет, неспроста это…

– Эй, Напалм! – окликнул я опередившего меня метров на пять пироманта. – А можешь еще одного светлячка создать и в окно запустить?

– Зачем? Чарофон молчит.

– Запусти, а. Сложно тебе, что ли?

– Опять предвидение? – тяжело вздохнул парень.

– Типа того.

Пиромант что-то неразборчиво пробурчал себе под нос, потом глянул на встревоженную Веру и, не став кочевряжиться, отправил в одно из окон первого этажа небольшой огненный шар. Но стоило тому скрыться внутри, как отблески оранжевого пламени моментально пропали, а комнату вновь затянула непроглядная тьма.

– Ни фига себе, сказал я себе… – опешил от неожиданности Напалм, а потом неуверенно попятился. – Маленький мальчик играл в водолаза, смело спускался на дно унитаза…

– Чего? – не сразу разобралась в ситуации Вера.

– Смываемся! – заорал пиромант, схватил ее в охапку и поволок к тропинке.

Я рванул туда еще раньше. А как не рвануть?

Тьма в развалинах жила своей жизнью. Перетекала от одного окна к другому, меняла оттенки и жгла, жгла, жгла невыносимым холодом. Уж не знаю, как перенес его пиромант, а меня не смог согреть даже лихорадочный бег по пояс в снегу. Весь в поту, но холодно.

До чего же холодно!

Остановились мы, только когда миновали несколько домов и перебрались через поваленную плиту в тянувшемся неведомо куда бетонном заборе. Все взмокшие, пытающиеся отдышаться и напуганные до чертиков.

– Что это было? – прислонилась к забору Вероника.

– Не знаю, – отер с лица пот пиромант. – И знать не хочу.

– Надо убираться отсюда, – заявил я.

– Сразу не погнались, теперь бояться нечего, – возразил Напалм и достал из кармана чарофон. – И что тут у нас? Ошибка «278-2-р»? «Неизвестное энергетическое воздействие»? И ведь сигнал не подал…

– Смотрите, вон дом,