Сборник

Гимназии придется заплатить. Главное – палку не перегнуть: мы в безопасности лишь до тех пор, пока колдунам проще откупиться. А то прибьют между делом, и даже по лету не оттаем.

Нет, в нашей ситуации свой человек в руководстве Гимназии просто-напросто необходим. Как ни крути, откаты – это сила…

Я молча вернулся к костру и, ни на кого не глядя, уселся у огня. Холодно. И настроение ни к черту. Нервы как струны. Того и гляди, во все стороны искры посыплются. Еще и голова разболелась.

Магическая энергия опять-таки со всех сторон так и накатывает. Всем вроде по барабану, а я как-то слишком болезненно ее уколы воспринимаю.

Да что там энергия! Стоит расслабиться, и каждый стебелек ощущаю, каждую снежинку. И пирамиду над головой тоже. Так и давит на загривок ее основание. Будто надгробие. Ладно еще от лазурного солнца прикрывает. Иначе бы точно загнулся.

Неожиданно для себя самого я завалился на спину и уставился на зеленовато-голубой монолит Цитадели. Зеленовато-голубой с ярким пятном просвечивавшего через лед солнца.

Окружающая действительность стала вдруг простой и понятной, будто разложенный до конца пасьянс, и тут кто-то захлопал меня по щекам.

– Где чайник? – закричал Напалм. – Кто взял?

– Я! – отозвался Алекс Шумов.

– Головка от часов «Заря»! – разозлился пиромант. – Гони обратно! Не видишь, человеку плохо?

– Так-так-так, и что же с нами приключилось? – Виктор Петрович присел на корточки и, оттянув веко, посветил мне в глаз. – Повышенная чувствительность к перепадам магической энергии? Очень интересно…

– Ни фига интересного, – прохрипел я в ответ.

Губы онемели, вытолкнуть из себя эти слова оказалось совсем не просто, но уж лучше ерепениться, чем бесчувственным бревном валяться.

– Позволю себе не согласиться, – покачал головой Бородулин, забрал у подбежавшего Алекса какой-то прибор и приложил мне к вискам обжегшие холодом кругляши датчиков. – Случай нерядовой. Отклонений на физиологическом уровне не вижу, но пробой энергетики, несомненно, имеет место быть…

– Да чего там непонятного? – Напалм сунул мне в руку алюминиевую кружку; я приподнялся на локте, оттолкнул химика и начал осторожно пить горячий чай.

– Вы полагаете? – хмыкнул Бородулин.

– Он же уник! Дар развивается постепенно, а энергетическая восприимчивость скачками растет.

– А почему сопротивляемость организма аналогично не повышается? – засомневался Виктор Петрович. – Обычно одно другому соответствует.

– Так он на ваших таблетках плотно сидел. У организма с сопротивляемостью раньше все в порядке было, – усмехнулся пиромант. – А тут и таблетки пить бросил, и в перенасыщенном энергией пространстве оказался.

– Тогда надо подумать. – Бородулин огладил прокуренную бороду и вдруг спросил: – Много у вас таблеток осталось?

– А что такое? – насторожился я.

– Вы сильно на них не налегайте. У меня до них в ближайшее время точно руки не дойдут. Да и побочные эффекты, как видите…

Химик отцепил у меня с висков датчики и пошел советоваться с Василенко.

– Покурить оставь, – попросил пиромант Алекса.

Шумов протянул ему наполовину скуренную сигарету и тоже отправился по делам. Я вернул кружку Напалму, осторожно покрутил головой из стороны в сторону и вновь повалился на землю:

– Как-то незаметно в этот раз накрыло.

– Особенности местной энергетики. – Парень глубоко затянулся, какое-то время посидел так, а потом медленно выдохнул дым. – Меня тоже просто распирает.

– Тебе проще, сжег кого-нибудь, и порядок. – Я огляделся, но внимания на нас никто уже не обращал. И в самом деле, а что случилось-то? Ну грохнулся человек в обморок, делов-то. – А у меня мозги закипят скоро.

– Закипят, – кивнул Напалм. – Потому как подход у тебя неверный.

– В смысле?

– Говорил же, нельзя до бесконечности подавлять дар. Боком выйдет.

– Да ну? – Я вытащил из кармана коробочку с пилюлями Бородулина, высыпал парочку на ладонь, но глотать не стал. – Лучше сразу загнуться, полагаешь?

– У меня дар с четырнадцати лет, знаю, о чем говорю, – фыркнул пиромант. – Так вот, сколько бы ты ни отгораживался от него, толку не выйдет. Тупиковый путь.

– Какие варианты? – Пилюли отправились в коробочку, вместо них я вытащил из кармана подрезанный еще у Смирнова шоколадный батончик. – «Магистр» жрать начать?

– «Магистр» тебя точно в могилу сведет, – покачал головой Напалм и протянул