Сборник

внутри.

– Точно, – закатывая рукав свитера, кивнул я. – Ты отсюда снаряд взорвать сумеешь?

– Не вопрос. – Пиромант закинул в рот дозу «магистра», сморщился и тихонько затянул: – «А не спешите нас хоронить, а у нас здесь еще дела…»

– Вот и здорово.

– Ну, молодой человек, давайте приступим. – Виктор Петрович со шприцем в руке опустился рядом со мной на колени. – Поскольку с прошлой инъекции прошло очень мало времени, возможны краткосрочные болевые ощущения.

– Вы же говорили…

– Укол будет болезненный, и только.

– А, ну тогда колите, доктор Смерть.

– Спасибо, – шепнула вдруг мне Оксана.

– Да пока не за что, – прогоняя неуместные сейчас сомнения, подмигнул я девушке. – Вы, кстати, как долго сможете удерживать заклинание, блокирующее огнестрельное оружие?

– Энергетических кристаллов без подзарядки на полтора часа хватит, – вместо девушки ответил Линев. – Но с учетом помех надо рассчитывать самое большее на час. Поэтому, чем дольше вы продержите горожан на расстоянии, тем лучше!

– Понятно, – кивнул я, и тут Виктор Петрович воткнул мне под кожу иглу одноразового шприца.

Руку от запястья до локтя пронзила боль, будто она угодила в мясорубку, а вена потемнела буквально в один момент, но миг спустя все это перестало иметь какое-либо значение. Сознание ухнуло в бездонную пропасть ставшего вдруг совершенно прозрачным мироздания, и лишь послуживший маяком призрачный блеск пирамиды не дал затеряться в глубинах пространства. Постепенно меня перестало мотать, подобно угодившей в водоворот щепке, и созданную ясновидением действительность расчертили пересекавшие и обвивавшие друг друга магические потоки.

И что сразу бросилось в глаза – искрящиеся силовые линии были натянуты и напряжены до последнего предела.

Того и гляди, порвутся. Или вытащат в наш мир нечто такое, чему лучше бы здесь и не появляться никогда.

В этот момент у внутреннего зрения будто поменялся фокус, и охватившее окрестности ясновидение выявило подбиравшихся к нашему зданию рейнджеров. Все в маскхалатах, с автоматами. У некоторых тубы одноразовых гранатометов. И много их, слишком много. Как бы не смяли…

Тут видение пошло рябью, как отражение в луже, по которой стеганули вичкой, но все же вколотое химиком лекарство сумело побороть генерируемые глушителями помехи. А вот пироманта так и перекосило. Да и Славе с Оксаной досталось.

Теперь понятно, почему рейнджеры без артподготовки выдвинулись. Решили колдунов из игры вывести и в атаку броситься?

Но, как выяснилось несколько минут спустя, моя догадка оказалась ошибочной: подтащившие к зданию глушители солдаты распластались в снегу, а со стороны опушки донесся глухой грохот минометного выстрела. И тут же с неба к нам устремилась серебристая капля мины…

«Напалм!» – мысленно скомандовал я.

– «Немного огня, середина пути, немного огня тебя может спасти…» – пропел разделивший мое видение пиромант и раскалил корпус начиненной смертью болванки. Взрыв громыхнул слишком высоко, осколки вспахали сугробы во дворе, а мгновение спустя Напалм подорвал вторую мину. А потом и третью.

Миномет незамедлительно прекратил обстрел, и сразу заработал установленный на опушке леса крупнокалиберный пулемет. Тяжелые пули стальной плетью прошлись по стенам, прыснувшим во все стороны осколками кирпича, а угодив в пустые оконные проемы, насквозь прошили тонкие внутренние перегородки.

Устроившая огневую точку в одной из комнат на третьем этаже Вера установила сошки винтовки на поваленном набок железном коробе несгораемого шкафа и, выцелив пулемет, плавно потянула спусковой крючок. Мгновение спустя попавшая в ствольную коробку пуля срикошетила в грудь обстреливавшему нас рейнджеру, и тот завалился на спину. Пулемет замолчал и уставился дулом в затянутое облаками небо.

Да только неприятные сюрпризы и не думали заканчиваться: рыкнув мотором и выбрасывая из-под гусениц фонтаны снега, от леса отъехала приземистая бронемашина; установленная на ней спаренная зенитная установка задергалась от частых выстрелов, но наводчик поторопился, и снаряды угодили в прикрывавший наше здание барак.

Вера поспешила поменять магазин и открыла ответный огонь. Оставлявшие за собой сиреневые росчерки пули легко пробили броню, машина рывком замерла на месте, и тотчас от двигательного отсека повалил густой дым.

И все же у применения алхимических патронов оказался один существенный недостаток: корректировщик горожан сразу сообразил,