Сбой системы

сказать или выразить свои слова жестами, но у неё ничего не получалось и раздавалось только невнятное мычание. Я повернулся к ней спиной, начисто игнорируя её страдальческий вид.
— Пусть тебе это послужит хорошим уроком, дорогая сестричка. Давно пора тебе повзрослеть, а то не успеешь и глазом моргнуть, как лишишься своего дракончика. И хватит мычать, ты не на скотном дворе. Прими своё наказание так, как это следует княжне…
От разговора в рабочем кабинете у меня остался неприятный осадок, слишком уж многое наложилось друг на друга и вмешались неучтённые факторы, и главным из них была Анна.
Уже у себя в комнате я подумал, что поступил с девушкой немного жестоко. Можно было ограничиться и одним месяцем, но своего решения менять не стал.
Ранним утром я нашёл полоумного мага в конюшне, где он спал на охапке сена. Меня это вполне устраивало, и я созвал консилиум своих симбионтов, — Друзья, вы сами понимаете, что оставлять у этого носителя дракончика является преступлением. Сам не ведая того, он может принести столько страданий и горя, что многие народы захлебнуться слезами. Я принял решение изъять у него магическое существо и теперь жду ваших советов, как сделать это не так болезненно и без особых последствий для больного носителя.
Первым высказался чёрный, — А что тут думать, надо поступить так же, как наш господин поступил со мной — вывести татуировку с кожи и через три месяца, а может и раньше, произойдёт развоплощение и зелёный дракон получит свободу от этого ущербного тела и мозга. Или более кардинальный вариант — лишить этого носителя жизни. Результат будет один и тот же.
— Фиолетовый, жёлтый, жду вашего совета. Способ, предложенный чёрным, весьма болезненный и если у больного слабое сердце, то он может не выдержать болевого шока. К тому же, этот метод я хочу сохранить в тайне, а убийство человека, который не осознавал своих действий и слепо верил тем, кто его использовал, не совсем правильно. Хотя с другой стороны, пожертвовав одним, мы сохраним сотни, а может быть и тысячи жизней. Я исхожу из того, что об этом маге уже знает король, ведь наверняка Анна проболталась Марте, а та уже настрочила и отправила донесение. Король обязательно попробует прибрать к своим рукам безвольного и во всё верящего мага, что бы использовать его примерно так же, как это делал Верит. Наша задача, сделать его бесполезным. Если это не удастся, он умрёт.
Наступила тишина и, как я понял, мои симбионты обсуждают ситуацию между собой. И опять жёлтый и фиолетовый ни как не обозначили свою позицию, зато подал голос чёрный.
— Этот зелёный дракон бесполезен, он такой же ущербный, как и его хозяин. Мы полагаем, что излечить их невозможно. Более того, если этого симбионта поместить к носителю уже имеющего дракона, то вероятно произойдёт взаимное наложение и здоровый симбионт тоже будет частично повреждён. Наш вердикт однозначен — не развоплощение, а физическое уничтожение носителя и возвращение симбионта в мёртвый лес.
— Я должен убить дурочка?
— Нет, можно сделать так, что во сне у него просто остановится сердце, и он не проснётся. Вам надо просто мысленно пожелать этого.
— Спи спокойно вечным сном, дитя природы, и пусть твои сны будут радостными. — На лице полоумного мага появилась улыбка, он дёрнулся и застыл, дыхание его прервалось, а я на мгновение увидел, как в нём стала затухать искра жизни.
— Представился, бедолага, отмучился. Я, жёлтый, прошёл полную инициацию и стал противоположностью зелёному. Если он дракон жизни, то я дракон смерти и болезней. Не думаю, что мои способности будут часто востребованы, но если я понадоблюсь, то всегда к вашим услугам.
Вот и с жёлтым разобрались, хотя дракон смерти звучит как-то пугающе и мрачно. Остался фиолетовый и он ни как не хочет облегчить мою задачу — определить его предназначение и способности. Скорее всего, тоже нечто ужасное, иначе бы древние их с собой не забрали. Хотя это только мои предположения.
Сообщив Вилу о том, что подопечный Анны заснул и больше никогда не проснётся, а так же, где его тело можно будет найти, я отправился на кухню, чем изрядно напугал прислугу, не привыкшую к тому, что лорды посещают такое место. Однако накормить меня накормили….
Вернувшись в отведённые мне покои, я принял решение переправить золото и камни в снятую мной комнату. Уж туда-то точно никто незваный не заявится да и мне там проще спрятаться от назойливого внимания и заняться своими насущными делами.
Через три дня наставник заявил, что они с Анной покидают Китеж и возвращаются в баронство. С Анной, с того момента, как она онемела, я не виделся и встречаться с ней не собирался. Пусть её злоба и недовольство схлынут, и она на холодную голову подумает обо всём,