справки. До встречи и не ругайтесь тут без меня, — и я совершил прыжок в свой номер.
Ну вот, говорили же дураку, что надо совершать небольшие перемещения и делить длинный путь на короткие отрезки, а мне всё хочется побыстрее, да побыстрее. Где теперь найти еду, что бы утолить голод? Разве что самому заглянуть на кухню? Если и там ничего не окажется, то придётся воспользоваться очередной капсулой ИР. На мою удачу, дежурные повара уже приступили к готовке ранних завтраков для постояльцев, так что яичницей и слегка недожаренным мясом я разжился. А так как спать в этот остаток ночи я не предполагал, то сам приготовил несколько больших бутербродов с ветчиной и копчёным мясом. Рассчитавшись за гостиницу, нагруженный седельными сумками, я отправился седлать Ворона. Конюх, которого я немного прикормил парой серебряных монет, шепнул мне, что моим жеребцом интересовались и даже хотели его осмотреть и пощупать, но он их к себе и близко не подпустил.
Мы выехали со двора гостиницы и прямым ходом направились к особняку графа Этьена Эсмеральда. Именно у него я собирался узнать, где может находиться Марта. Оставив Ворона непривязанным у коновязи возле ворот, я перенёс себя в ‘свою’ комнату, где прожил некоторое время, пока гостил у графа. И тут удача мне улыбнулась своей белозубой улыбкой….
Конец второй части.
Часть 3.
Как известно из многих источников, утренний сон самый крепкий и сладкий, так что моё появление в спальне ни кого не разбудило. Ни Марту, которая спала в ‘моей’ постели, ни двух стражников, которые спали сидя у входной двери, перегородив к ней доступ. Даже Надин, не смотря на то, что постоянно во сне вздрагивала и тяжело вздыхала, не проснулась. Я дотронулся до руки Марты, и она тут же открыла глаза. Сделав ей знак молчать и наклонившись к её уху, тихо прошептал, — Княгиня требует тебя к себе, а ты тут прохлаждаешься…
Марта зажала свой рот руками и, кивая головой, попыталась встать, но я отрицательно покачал головой. Крепко ухватив её за руку, я одним скачком перенёс нас в рабочий кабинет княгини, — Извини, здесь я тебя должен буду оставить. Один вопрос, что там делала Надин? Её же вроде как убили невдалеке от въездных ворот?
Марта ответила почему-то шёпотом, — Её прячут от гнева и мести Алези. Они публично поклялись достать её хоть из-под земли.
— Всё понятно, дальше не продолжай. Надеюсь, они её достанут и избавят меня от необходимости лишать её жизни.
Перемещение к стоянке Ворона, хоть и было разбито на два участка, досталось мне очень тяжело. Приготовленные мною бутерброды тут же исчезли в топке моего организма, но особого облегчения я не ощутил. Видимо достиг предела, и теперь необходимо было время, для моего восстановления. А это означало только одно, надо было найти какой-нибудь трактир, который уже работает и основательно подкрепиться. Солнце ещё не взошло над крышами домов, но утро уже вступило в свои права. Небольшую забегаловку я нашёл почти у самых северных ворот, пришлось довольствоваться тем, что там готовили для самых ранних пташек работяг: мясная похлёбка, пшеничная каша с подливом и вчерашний взвар. Я удивил подавальщицу тем, что дважды заказывал похлёбку и кашу, но с двойной порцией подлива. Особого вкуса я не чувствовал, так как еда прямо проваливалась вовнутрь и там растворялась без следа. Чувство голода немного притупилось, и я решил продолжить свой путь, но остановиться для полноценного завтрака в первом же приличном трактире. Возвращаясь к южным воротам, я проезжал мимо здания центрального банка и остановился, как вкопанный. Это что ж получается? Разместив здесь более сорока тысяч золотых монет, я невольно стану финансировать королевство и его войну с княжеством? Меня это совсем не устраивало. Единственный вариант — распорядиться об их переводе в княжество для финансирования строительства и обустройства собственного замка. Именно так я объяснил какому-то банковскому начальнику своё желание получить большое количество монет в отделении банка княжества. Меня заверили, что проблем с наличностью у меня не будет и управляющий отделением в Китеже очень быстро получит соответствующие указания. Довольные друг другом, мы расстались, он тем, что я не стал получать наличность, а я тем, что теперь банкиры задумаются о кредитах, выдаваемых королевскому двору на всякого рода сомнительные мероприятия.
Ворон легко нёс своего седока, иногда напоминая мне, что можно двигаться и побыстрее, но мне это было совершенно не нужно. Я прекрасно понимал, что скрыть передвижение крупного войскового контингента в этом мире весьма сложно, так что заезжал практически
