и королю. Тебе эта постоянная головная боль нужна? Лучше уж заманить безземельных крестьян выделением земельных наделов, которые через определённое время перейдут в их собственность без права продажи и отчуждения. Надо сразу же после покупки земель пустить такой слух.
В отношении Марты и Меги отец обещал принять решение после знакомства с ними и проверки их лояльности лордом Вилом, чего они обе поедут в цитадель. Если в отношении Марты я не сомневался, что она последует за своей подопечной, то Меги предстояло убедить в том, что золото всё-таки надёжнее, чем драгоценные камни, цены на которые могут колебаться и весьма ощутимо.
Утром мы расстались с наставником, который с тремя десятками воинов остался дожидаться пробуждения княжны. Наш отряд насчитывал более полусотни отборных головорезов, прошедших хорошую выучку в боях с кочевниками и разбойниками разных мастей. А тут ещё красный научил меня, как без применения моей магии воспользоваться защитой моего наставника. Не желая светиться, я отправил мэтру записку с просьбой разрешить мне пользоваться его наработками, благо отъехали мы недалеко. Такое разрешение я получил, но в обмен должен буду рассказать о некоторых несоответствиях в способностях водяного — ледяного дракона традиционным знаниям о них.
В имении меня ждал сюрприз, из столицы прибыл королевский дознаватель и он даже успел допросить человека княгини и теперь ждал меня, так как без моего соизволения мои люди наотрез отказались выдавать арестанта, а когда его люди пытались забрать его силой, то были нещадно биты и тоже брошены в яму. Даже этот королевский чиновник понял, что связываться с выходцами из вольных баронств себе дороже, тем более при наличии такого вооружённого отряда охраны. Единственное, о чём я его попросил, что если в бумагах заговорщика окажутся закладные и расписки от имени Меги Зельц, передать их мне и сделать вид, что их не было. Через три дня я получил через нарочного пухлый пакет бумаг, где находились документы не только на Меги Зельц, но и закладные её деда — графа Зельц. К этому времени все права на земли Меги перешли ко мне, и она согласилась получить часть причитавшихся ей денег самоцветами, а часть золотом, для чего она воспользовалась приглашением моего отца и навестить его цитадель….
До моего совершеннолетия осталось всего пять дней, и я крутился как белка в колесе. За те три месяца, что были мной проведены в цитадели, произошло немало важных событий. Анна прошла инициацию, в которой принял участие не только наставник, но и я. Она и Меги ознакомились с тем документом, что был найден на теле князя — письмо — инструкция его жены, где и как ему выдвигаться в обход цитадели для внезапного нападения с тылу. При этом заранее был выбран непроходимый маршрут. На Меги было страшно смотреть, когда она побывала на братской могиле всех павших воинов и ознакомилась с отказом княгини забрать их тела для захоронения в княжестве.
Княжна тоже закаменела лицом и только маленькие молнии, что метали её глаза, говорили о той буре чувств, что бушевали у неё внутри.
Марта сама, без всякого принуждения, рассказала для чего и зачем её приставили сначала к княгине, а затем к княжне Анне. При этом она не скрыла свою тайную миссию — проверить готовность молодой княжны к роли княгини в случае, если княгиня Ольга вместе со старшей дочерью будут отстранены от власти. Она же ни словом не обмолвилась во время опросов, что учинял мэтр о том, что знает о наличии у меня трёх магических симбионтов, как, впрочем, и Анна. Хотя мне кажется, что наставник о чём-то таком догадывается, так как я всё чаще стал ловить его заинтересованные взгляды.
Анна большую часть времени проводила с наставником, который словно с цепи сорвался и гонял меня беспощадно, словно я был молодым рекрутом. И это к тому аду, что устроили мне мои братцы, которые только посмеивались, когда я жаловался на невозможность даже пошевелить пальцами после очередной тренировки на арене. Радовало только то, что княжна на практике получала опыт врачевания и лечения растяжений, вывихов и травм. После использования ею магии и мазей, я чувствовал себя относительно неплохо, но только до следующей тренировки. Это хорошо, что Миры не было, так как после того как Вил подтвердил её беременность, Влад запретил ей участвовать в моих экзекуциях, ‘что бы не шокировать будущего ребёнка стонами и жалобами его дяди’.
Шпиона княгини в окружении барона вычислили достаточно быстро, и под пытками он во всём признался, хотя и утверждал сначала, что его оговорили и он тут ни при чем. Найденный при нём яд и изрядная толика золота наглядно подтверждали его вину,
