обязанностью помочь молодой женщине доставить золото своему деду. При этом я совсем не уверен, что она решит перебраться в срединные земли королевства. В её душе бушует пламя мести княгине, так как та многие годы лгала ей, убеждая, что кости её мужа брошены в ущелье и что мой отец отказал в выдаче останков воинов для достойных похорон в княжестве. Кстати, с тобой она сблизилась по прямому приказу твоей матери и до недавнего времени была её глазами и ушами при тебе.
Помни, ты дала слово.
— Я помню….
Витас, пожалуйста, береги себя, не бросайся очертя голову в разные сомнительные мероприятия. У меня в жизни в настоящий момент осталось всего два человека которые мне дороги и которым я могу доверять — это ты и мэтр Витас. А теперь, сэр Витас, отвечайте мне как на духу, вы знали о том, что если я не пройду инициацию, то мой дракончик станет вашим?
— Знал с самого начала. Твой проглот, прежде чем повиснуть у тебя на пальце, слизнул мою капельку крови, а красный ему это позволил.
— Странно, что ты не воспользовался этой ситуацией и как все захапистые люди не заполучил себе ещё одного дракончика.
Не буду же я объяснять этой во многом ещё наивной девушке, что за меня эту грязную работу должна была выполнить её мать, вместо этого я довольно беспечно сказал, — А зачем мне ещё один, я с этими-то до конца ещё не разобрался. Хотя, признаюсь, зелёный мне, с его лечебной магией, весьма бы пригодился. Тебе об этом сказал наставник?
— Да, он как то узнал об этом.
— От своего и твоего зелёных зверушек. Они могут общаться между собой. Кстати, попроси лорда Вила, что бы он научил тебя пользоваться магической связью. И хотя эти сообщения легко перехватить опытному магу, для простых сообщений они вполне подходят. Только учти, я буду по-прежнему скрывать свои магические способности до поры — до времени….
У нас в семье не было принято провожать изгоя пышным застольем или пиром в честь его отъезда, так что обычный семейный обед, последние наставления и круглая сумма на первое время в виде драгоценных камней. Необходимо так же отметить, что за два дня до моего отъезда отряд ветеранов, которым уже было тяжело бегать по горам в силу возраста или ранений, отправился в мои земли с семьями, пожитками и неплохими подъёмными для обустройства на новом месте. Это был подарок отца.
Отец, Стив, Влад и Мира, не смотря на своё интересное положение, проводили меня до самых границ баронства с княжеством. Обошлись без громких слов и нудных последних напутствий, просто обнялись, с тем и расстались. А вот Меги почему-то пустила слезу и шмыгала носом. Когда она немного успокоилась, а мы отъехали подальше, я поинтересовался, в чём дело. Оказывается, она завидует нашей дружной семье и тем отношениям между людьми, что царят в баронстве.
— Понимаешь, Витас, вы все как одна большая семья. Я такого нигде и никогда не встречала. Нет ни злобы, ни зависти, каждый готов прийти на помощь. Это, наверное, фронтир так влияет на вас, что всё чёрное выжигается калёным железом, а всё хорошее остаётся в человеке. — Затем она улыбнулась и добавила, — Я всё-таки выбила у барона разрешение иногда приезжать к вам в гости. Видел бы ты его выражение лица, когда я сказала, что он мне нравится как мужчина и что моё сердце разорвётся от горя, если он не разрешит мне иногда навещать свою подругу.
Ночевали мы на постоялых дворах со всеми удобствами в смежных комнатах. В первый же вечер я предупредил Меги, что от мэтра Вила знаю и о её настоящем возрасте и о вдовстве, чем сразу же отбил у неё охоту заигрывать со мной. Она даже надулась, словно в этом была какая-то моя вина, зато я спал относительно спокойно.
Вскоре мы догнали и перегнали моих людей, что переселялись на новое место. От них я узнал, что за всё время движения не было ни одного случая нападения или притеснения, а народе продолжали циркулировать слухи о маге, который сжигает разбойников, если они нападают на обозы, караваны или путников. Так мы добрались до моих земель, где переночевали, благодаря заботам донны Лоры привели себя в порядок и прямиком направились во владения графа Зельц, где я надеялся избавиться от Меги и дальше путешествовать уже в одиночку.
Граф встретил свою непутёвую внучку с распростёртыми объятиями. Это был достаточно живой старичок, любитель поговорить и вкусно покушать. За наскоро накрытым обеденным столом завязалась беседа. Графа интересовало буквально всё и он клещами вытягивал из Меги подробности её посещения вольного баронства. Вскоре внучка вымоталась и сославшись на усталость, упорхнула в свою комнату.
— Пошла деньги считать. Я выкупил у неё её земли за пять тысяч золотых, из них она тысячу или полторы собирается отдать вам. И, знаете, граф, примите совет неопытного юнца, возьмите
