Счастье приходит с Рождеством

должны появиться на вечере.
Лаура в смятении прикусила губу. Она никак не могла взять в толк, зачем Кэролин так необходимо ее присутствие. Бессмыслица какая-то. Той ведь было известно, что Лаура не ладит с ее братцем.
— Это безумие.
— Ну пожалуйста, я так хочу видеть свою сестру счастливой, — умолял Квин. — Взгляните на мое предложение с этой точки зрения. Вам, возможно, придется провести несколько неприятных часов, но Джонатан и моя сестра будут на седьмом небе от счастья.
— Ладно, ваша взяла. Надеюсь, вы по достоинству оцените жертву, на которую я иду, — язвительно проговорила она.
— Уверен, они оценят, — неприветливо произнес Квин. — Если уже готовы, мы можем идти.
Лаура вздрогнула. Она совершает ошибку, но и отказаться не может.
— Я только возьму сумочку, — извинилась она, скрываясь в спальне.
Затворив за собой дверь, она прикрыла глаза. Вот это поворот! Такого она никак не ожидала. Надо привести себя в чувство. Тяжело вздохнув, Лаура пригладила волосы, словно это успокаивающее движение могло восстановить нарушенный душевный мир.
Схватив пальто и сумочку, она вышла в гостиную. Квин в глубокой задумчивости стоял возле окна и не слышал, как она вернулась. Ее сердце екнуло. Что в нем такого? Квин будто околдовал ее. Но ведь действительность — не увлекательная сказка.
— Я готова, — холодно объявила она. Обернувшись, он оглядел ее с головы до ног.
Подошел, помог надеть пальто.
— Я говорил вам, как прекрасны вы сегодня? — тихо сказал он.
Лаура прерывисто вздохнула. Господи, он так близко, что можно прислониться к нему и забыть обо всем. Впрочем, подобный поступок был бы верхом безумия.
— Не старайтесь, Квин. Я уже согласилась отправиться с вами, — едко проговорила Лаура.
— Неужто так трудно принять от меня комплимент? — с сарказмом осведомился он.
В синеве его бездонных глаз можно было утонуть. Потерять голову. Ее влекло к нему. Подобного чувства она больше ни к кому не испытает — от этой мысли у Лауры разрывалось сердце.
— Да, ведь я вам не нравлюсь. Или с вами произошло чудесное превращение и теперь вы без ума от меня? — насмешливо спросила она. И все-таки где-то в самом дальнем уголке души Лаура надеялась, что он скажет «да».
— Ну, это столь же маловероятно, сколь и то, что вы объяснитесь мне в любви. Любовь не имеет к нам никакого отношения. Мы хотим принадлежать друг другу, и только, — поставил он точки над «i», проходя мимо нее и отворяя дверь. — Ну что, пошли? Внизу ждет такси.
Лаура уже слышала все это, и его слова не должны были причинить ей боль, но они опять ранили ее. Она любит его, а он… он может измываться над ней сколько вздумается.
Как только они приехали, Лаура удалилась попудрить носик. Она пробыла в дамской комнате столько, сколько позволяли приличия. Однако ей пришлось в конце концов выйти к Квину. Пока ее не было, он взял напитки и теперь протягивал ей бокал с белым вином.
— Вы видели Джонатана? — спросила она, отпивая вино. Интересно, осмелится ли она осушить бокал полностью. Будь Лаура не голодна, она бы так и сделала. Но сегодня ей терять голову ни к чему.
— Еще нет. Пройдемся, — предложил он, подхватывая ее под локоть.
Лаура, вздрогнув, попыталась стряхнуть его руку, но он крепко держал ее. Выбор у нее был невелик: либо закатить неприличную сцену, либо уступить ему. Лаура предпочла последнее.
— Вы знакомы здесь с кем-нибудь? — спросила она, пытаясь отвлечься.
— Полагаю, многие тут знают меня, а вот я их — не то чтобы очень, — холодно ответил он.
— А вот, кажется, и один из ваших знакомых, — сказала, Лаура, увидев тучного господина, стремительно пробирающегося к ним.
Квин охнул.
— Проклятье! — пробормотал он и огляделся, ища путь к спасению. — Сюда, — сказал он, утягивая ее за собой в толпу.
В конце концов они оказались за шторами оконной ниши, где-то в другом конце зала. Увидев, как Квин выглядывает тайком из-за штор, Лаура прыснула со смеха.
— Вы что, задолжали ему? — поддела она.
— Очень смешно. Этот человек называет себя самым большим моим почитателем. Я нигде не могу от него скрыться.
— Вам следовало быть польщенным, — усмехнулась она.
— Я и был польщен, пока однажды он чуть ли не час продержал меня в углу, разбирая побуждения моих персонажей. Говорю вам, пытка водой — пустяки по сравнению с этим типом!
— Бедняжка Квин, — хихикнула Лаура.
— Я потрясен проявлением вашего сочувствия, — насмешливо проговорил он, прислонясь к стене и с невольным восхищением глядя на нее. — Вам следует чаще смеяться.
— Так же, как и вам, — ответила Лаура.
Они улыбнулись друг другу — и это было одно