Счастье среднего возраста

связи между нашим мальчонкой и Романовой. Вполне возможно, что нападение связано с разборками между Ивановой и Романовой, что-то побочное, не имеющее к нам отношения.
— С чего бы? Столько лет дружили, дорогу Лиле Романова перебежать не могла, за богатыми мужиками не охотится, читал я ее досье. Никаких денежных недоумений между ними не было, девочка зарабатывает сама по-тихому, — рассуждал Петрович.
— Да не по-тихому, а как вол на плантации, и неплохо зарабатывает!
— Ну и что? По сравнению с Лилиными мужиками это так, на мелкие расходы.
— Может, какие дела прошлые? Что-то непроясненное между ними? А наш красавец к Лиле мог приехать без предварительной договоренности, или Лиля была уверена, что подруга не останется, и спокойно принимала и его, и к Романовой его приезд никакого отношения не имеет? Да все эти погони за ней могут к нашему делу не иметь никакого отношения!
— Вполне. А ты что мыслишь?
Иван помолчал, прислушиваясь к своим мыслям, уже думаным-передуманым, к интуиции, которая редко подводила.
— Ох, чувствую я, все это — нашего хлопца дела! — признался он неохотно, зная, что за данным признанием последует.
— Воти давай, штудируй всю их прошлую жизнь, может, он где с этой Романовой пересекался или общие знакомые, и Лилю, и их дела прошлые! Работай, Иван!
— А я что делаю? — возмутился усталый подчиненный,
— Пока геройствуешь безрезультатно, — определил Петрович его действия. — Что, кризис среднего возраста комплексами о себе напоминает, требуя активных боевых действий?
Это он так, для порядка пропесочивал, Иван знал.
— Ну, может… — довольно протянул он.
— Как эта Романова? Вообще?
Как, как — ой-ой-ой! — вот как! Не Романова, а чирей на одном существенном для отдыха месте! И заноза там же!
Но начальству такое не доложишь, надо иные определения подбирать.
— Симпатичная, сексуальная, волевая, как кремень! Очень умная, по-хорошему злая, юмор на десятку, и при этом правильная барышня. Ну что еще? Никаких истерик, даже близко — сплошной мыслительный процесс, и держит себя в руках. Никогда не была замужем. А это странно — почему? Аппетитная такая, интересная, при этом никакой наигранности, кокетства и использования женского арсенала. Странно. Такие не меньше одного раза, а скорее всего, раза по три замужем. И любовника нет, ну это понятно — вся в работе. Аналитический склад ума, что неудивительно, учитывая ее прежнюю работу, меня уже где-то просчитала, но решила, видимо, пока ничего не выяснять и использовать совпадение интересов.
— Представляться будешь?
— Пока нет. Она вполне может иметь какие-то связи с криминалом.
— Ну смотри. Зацепила тебя? — понял Бур.
— Да, — признался Иван. — Но…
— Вот именно! — назидательно изменил тон Бур.
— Сказала интересную фразу: мол, если это попытка похищения с целью выкупа, то совершенно бесполезная: никто за нее ничего не даст, особенно мать.
— Хоть какая-то зацепка. Ребята будут искать, уже занялись подробным изучением и Романовой, и Ивановой, будут тебе докладывать. Ну что, подытожим? — предложил Петрович.
— Подытожим, — выказал готовность Иван.
— Как думаешь, искать ее будут или охолонут маленько, боясь, что она в ментовку обратится?
— Будут! — В этом он не сомневался. — И живее, чем прежде, уж очень она им нужна, вон какую деятельность развили, в центре Москвы гонялись!
— Значит, нужна она им сильно и срочно! Далее!
— Далее по пунктам. Первое: про мужика мы уже многое знаем, все финансовые вопросы подтвердились. Второе: подтвердиться-то они подтвердились, а вот куда ушли, неизвестно. Ну, найдем. Не вопрос. Третье: он развил какую-то активную деятельность, сидел как сом в омуте и вдруг забегал! Значит, вышел на финишную прямую. Какую? Четвертое: именно в этот момент появляются на горизонте Иванова с Романовой. Пятое: Романову пытаются похитить. Если это имеет отношение к нему, то какой кормой? Зачем она ему? Некие предположения имею, но пока это только догадки на уровне интуиции.
— Выводы! — потребовало начальство.
— Неутешительные! Мы опаздываем! Он собрался отвалить, это ясно, а вот куда, как и какое место в его плане занимают эти барышни?
— Ну что, Ванечка, будешь геройствовать дальше? — с нежностью спросило начальство.
— А куды деваться? — посетовал он, как баба на худое решето.
— План действий?
— Сдаться. Пусть поймают. Послушать, что хотят. Мое появление во втором акте их ой как нервирует, вопросов они задавать будут много, глядишь, среди них что проскользнет, и к дамочке надо поближе держаться.
— А если это будут профи? — забеспокоился