Считайте это капризом…

Полины Коромысловой Марина пока оставила за скобками.) В одном она теперь не сомневалась: все вышеперечисленное — дело рук одного человека, и этот человек, этот человек… каперанг, который дарил ей цветы, водил в ресторан и с которым, с которым… Вот об этом лучше не думать, потому что на ум приходит дурацкий заголовок из бульварной газеты: «В постели с убийцей».
А если… Если все не так и о серебряном рыцаре Машке рассказала Валентина, как самой Марине ее сестра Полина? Пожалуй, полностью исключить такое предположение нельзя, но тогда… тогда это означало бы, что Машка сознательно переключала ее внимание с одного предмета на другой, как бы уводила в сторону, специально подсовывая историю с серебряным рыцарем, которого в действительности ни Машка, ни Валентина не видели. Впрочем, для этого нужно иметь мозги получше, чем у Машки… А если она все-таки связана с убийцей и попросту повторяла то, чему он ее научил? Правда, и здесь тоже был один маленький, но важный нюанс:
Марина вполне могла ничего не знать о серебряном рыцаре. Если бы Полина не пришла к ней в номер, если бы они не разговорились и разговор этот не съехал на воспоминания…
И что теперь делать? — спросила она себя. И сама же себе ответила: что-что, ноги уносить, пока цела. Суешь, как справедливо заметили отдельные местные персонажи, свой длинный нос куда не просят, и тем самым портишь жизнь не столько преступникам, сколько самой себе. Купила билет? Купила! Вот и шуруй себе в Москву! Так рассуждал здравомыслящий Маринин внутренний голос, к которому ей следовало внимательно прислушаться, а она, по своему обыкновению, вступила с ним в спор. Правильно, я уеду, говорила она, а смерть Валентины Коромысловой так и будет считаться банальным несчастьем на воде, которых за сезон случается до полусотни. И что же тогда? Обратиться к лейтенанту Мохову? Ага, чтобы он в очередной раз посмотрел на нее мученическим взглядом и посоветовал мирно отдыхать, самой не беспокоиться и других понапрасну не беспокоить. Тогда, может, двинуться к следователю Кочегарову? В том случае, конечно, если он вышел на службу. Вдруг он все еще скорбит по своей теще? Марина вздохнула: ни первого, ни второго ей видеть не хотелось. Впрочем, дело было не в ее симпатиях или антипатиях, а совсем в другом. Просто она не верила, что ее выслушают хотя бы с маломальским интересом.
В двух шагах от Марины приземлился пестрый мяч, и она вздрогнула. Надо же какой нервной стала!
— Эй, обедать пойдешь? — позвала Гала, которая поднялась с песка и теперь сладко, с хрустом потягивалась под восхищенными взглядами щуплого товарища кавказской наружности, явно неравнодушного к подобным статям. Товарищ поедал Галу глазами с таким аппетитом, что того и гляди слюнки по подбородку побегут.

За обедом Марина думала все о том же — о серебряной зажигалке, побывавшей в Машкиных руках, и ужасных вещах, с нею связанных. В результате казенная трапеза с дежурным компотом из сухофруктов показалась ей скучнее прежнего. Она еще лениво орудовала вилкой в тарелке с подгоревшей мясной запеканкой, когда Вероника, покончившая с обедом, с грохотом поднялась из-за стола, прошипев, как закипевший чайник на плите:
— Это они специально для свинок своих готовят, исключительно на их вкус…
Марина задумчиво посмотрела ей вслед, не сразу сообразив, чьих свинок имела в виду ее соседка по столу, так сильно ее занимала головоломка с зажигалкой, фальшивым каперангом, фотографиями и прочими, совершенно неуместными, с точки зрения инспектора Мохова, вещами.
Допустим, придет она к нему и все расскажет, и что услышит в ответ?
А вот что:
— Гражданка Виноградова, вы все усложняете. Сваливаете в кучу вещи, которые имеют элементарное объяснение. Вы когда-нибудь слышали про стечение обстоятельств? Так вот, это именно такой случай. Дамочка, судьба которой вас занимает уже две недели, просто утонула. Таких случаев у нас за сезон бывает… ну вы уже знаете сколько. Теперь насчет чемодана, ну нет у нас заявления о его пропаже, а потому не исключено, что Коромыслова действительно оставила его у своей подружки и платье ей подарила. — А дальше последует привычное заклинание:
— И что вам не отдыхается? Отдыхайте себе спокойно!
Кое-как покончив с обедом, Марина поплелась за Галой на пляж, пробыла там еще два часа и вернулась в пансионат: до поезда оставалось не так уж много времени. Еще раз проверив, не забыла ли она чего в шкафу или тумбочке, Марина тяжко вздохнула. Ей все еще не давало покоя новое знание, добытое у Машки с серьезным риском угодить под поезд. Нервно походив из угла в угол., она все-таки решилась. Решилась на то, что в принципе считала напрасной и бестолковой тратой