Седна

мимо огромного кратера, появившегося после применения оружия массового поражения. Там, в его глубинах, лежал один из самых огромных звёздных крейсеров тех времён, но, покрытый метровым слоем пепла, он оставался абсолютно незримым. Если бы путник был жив, он бы уже давным-давно загнулся от страшного радиоактивного фона, возникшего в результате взрывов нескольких ядерных реакторов на окраинах города.
   Но, на своё счастье, старик давно уже был мёртв.
   Спустя некоторое время — может, минуту, а, может, и год — он пришёл к месту назначения. Прямо посреди улицы, в огромной куче разрушенных железобетонных блоков, таилось нечто всё ещё живое. Подойдя к развалинам, путник разглядел среди нагромождений небольших серых кирпичей торчащую оттуда руку. Если не обращать на эту конечность особого внимания, то можно подумать, что она вполне человеческая, и возможно даже женская; но при детальном же рассмотрении становится ясно, что рука принадлежит либо роботу, либо киборгу.
   Металлические пальцы дёрнулись, словно почувствовав приближение старого знакомого. Но выбраться самостоятельно из-под этих развалин девушка-робот никак не могла, да и к тому же она давным-давно потеряла надежду на спасение, понимая, что никто за ней не придёт, никто не вытащит и не отвезёт в тихое спокойное местечко где-нибудь на окраине галактики.
   — Здравствуй, Седна, — тихим голосом произнёс старик.
   — Тебя уже нет в живых, — грустно отозвалась девушка из-под камней. — Уходи. Не стоит сыпать соль на рану.
   — Я не собираюсь ничего сыпать. Напротив, я привёл помощь! Но для начала я бы хотел тебя поблагодарить.
   — За что же?
   — За то, что не злишься на меня. Я всего лишь делал то, что должен, только своими методами. Честно говоря, я бы и твоего друга хотел поблагодарить, но — увы! — он сейчас не в том состоянии, чтобы вообще с кем-либо разговаривать.
   — Вишну… прекрати.
   — И ещё прошу прощения. Не у человечества, а именно у тебя. За то, что пока не могу ничего тебе объяснить.
   Седна не ответила.
   — Что ж, как знаешь. Тогда с твоего позволения я удаляюсь, предоставляя тебя твоим старым друзьям. Сколько вы, кстати, не виделись? Четыре года, верно?
   — Каким таким друзьям? — мигом оживилась девушка. — Эй, эй! Кто-нибудь!
   Старик испарился, напоследок свистом позвав за собой Санджану.
   — Седна! — раздался громкий крик. — Седна!
   — Я здесь! Здесь!
   — Вот она! Сержант, давай сюда лом…
   — Чёрта с два тут ломик поможет, — буркнул Дэн. — Смотрите и учитесь.
   Здоровяк, приложив немалые усилия, голыми руками сдвинул плиты, расчищая проход к томящейся в импровизированной темнице девушке. Седна выглядела не просто ужасно, а исключительно катастрофически: одежды на ней уже давно не было, а всё металлическое тело покрывали сотни глубоких борозд и вмятин. Кроме того, правая её рука была под неестественным углом выгнута, и хоть у роботов нет костей, создавалась иллюзия их перелома.
   — Я… я не знаю, что и сказать, — смутилась девушка.
   — Ничего нам говорить и не надо, — махнул рукой сержант. — Мы нашли способ.
   — Способ?
   — Да, — кивнув, взял слово скрытень. — Мы знаем, как вернуть всё на круги своя.
   — И… как же? — прищурилась Седна.
   — После объясним. Я надеюсь, что у нас всё получится, но для этого потребуется твоя помощь. Ты с нами?
   Протомившаяся четыре года под каменными завалами, а ныне освобождённая пленница задумалась. А был ли у неё выбор? Остаться здесь до скончания веков или помогать наёмникам, по их словам знавших способ всё изменить?
   — Глупый вопрос, — хмыкнула Седна. — Где карета?
   Кейн довольно улыбнулся:
   — Но знай, что за те годы, что ты была в отпуске, многое изменилось.
   — Я заметила. Меня это нисколько не пугает. Итак, в путь?
   Сержант молча уставился на девушку, чуть сощурив глаза.
   — М… что-то не так?
   — Просто хочу кое-что проверить. Не шевелись.
   Кейн осторожно приблизился к Седне и положил руку на её грудь. Та сначала состроила возмущённое выражение лица, но, поняв, что сержанта совсем не интересуют её выпуклости, пусть и ненастоящие, сменила гнев на милость.
   А сам же сержант удовлетворённо хмыкнул, слыша под своей ладонью размеренный стук. И объяснение, хоть и невероятно абсурдное, этому странному явлению было лишь одно: там, в недрах стального корпуса и механических внутренностей, среди хитрых сплетений проводов и нагромождений компьютерных плат, под воздействиями электрического аккумулятора и генератора машинного масла билось самое что ни на есть настоящее человеческое сердце.