Седна

тремя слоями колючей проволоки. На стенах и смотровых вышках Седна насчитала всего семь охранников, что для вроде бы важного стратегического объекта было довольно скромно. Но не факт, что внутри комплекса не было припрятано несколько взводов «на всякий пожарный».
   Два «Рейдера» остановились в нескольких милях от точки назначения, и, устроившись рядом с остовом давным-давно брошенного грузовика, стали наблюдать.
   — Лейла, — вылезая из транспорта, произнёс Ник. — Такое чувство, что ты всю жизнь только и делала, что каталась на «Рейдерах», хе-хе…
   — Ну, не всю жизнь, но половину — точно. Отец был знатным охотником, имел такую же игрушку, и часто брал меня с собой в свои охотничьи походы. С его помощью, кстати, я и стрелять научилась, и перестала бояться убийств. К сожалению, папа умер…
   — От чего? Естественным образом?
   — На нашей планете убийства считаются вполне естественным явлением, — фыркнула Лилиан. — Так что — да, мой муж умер вполне естественно.
   — Простите, — замялся пилот. — Не моё это дело.
   — Ничего страшного, — махнула рукой Лилиан, достав из кармана резинку для волос и собрав свои рыжие локоны в пушистый хвостик. — Это было давно. Убийцу мы нашли и…
   — Нужно дождаться темноты, — заявила Седна, разглядывая складской комплекс через оптический прицел карабина. — Днём туда не пробраться.
   — Сейчас только полдень, милая. Целый день ждать будем?
   — А есть другие предложения, капитан?
   Ник покачал головой, но не преминул заметить:
   — У нас нет воды.
   — В трёх милях к северу есть река, — махнула в направлении водоёма Лейла. — А там, во-о-он за теми горами, она водопадом впадает в Умкахо.
   — Что за Умкахо? — заинтересовался пилот местной географией.
   — Это та река, в которой сейчас прохлаждается «Панацея», — хмуро ответила Седна, не сводя глаз с охранников на стенах. — Забыл уже?
   Мотоциклы спрятали в небольшой овраг, расположились там же. Положение было довольно неплохим, как с точки зрения безопасности — укрытие было отличным, так и с точки зрения удобства — каменные нагромождения вокруг оврага закрывало команду от палящих солнечных лучей.
   — Это правда, что твоё звено спасло всех на Луне? — спросила Лейла. — Я слышала много вариаций на эту тему, но хотелось бы узнать правду от непосредственного участника того сражения.
   — Ну, — замялся Ник. — Я не очень люблю вспоминать те события…
   — Ты собираешься сидеть до темноты молча? Нет? Вот тогда и рассказывай!
   Рыжеволосая девушка своим характером удивляла всё больше и больше. Тем не менее, пилот, пожав плечами, начал рассказ:
   — На самом деле, когда мы с ребятами уже летели над Мун-Сити, он был уже мёртв. Город был инфицирован и спасению не подлежал. Однако, по закрытому источнику нам поступила информация, что где-то там, внизу, на поверхности Луны, скрываясь в городских трущобах, пытались выжить несколько человек. Нам был дан конкретный приказ — выжечь всё дотла, не оставив в живых ни одной твари.
   — Те твари были людьми, — заметила Лилиан.
   — Раньше были. А на момент прибытия на Луну нашего звена, они уже превратились в голодных и несговорчивых живых мертвецов…
   — Вы спасли выживших?
   — Выживших? Надеюсь. Нам строго-настрого запретили сажать пташек на поверхность. Мы оттянули момент, насколько могли, надеясь, что живые люди выберутся из Мун-Сити. И вот, спустя пятнадцать минут мы увидели, как со взлётной площадки стартовал лайнер, и мы, решив, что пора начинать, приступили к бомбардировке. На самом-то деле никого мы не спасли. Мы лишь уничтожили тех, кто не смог спастись сам.
   — Грустно, — констатировала Седна. — Жаль бедолаг…
   — А теперь, дамы и господа, я хочу кое-что прояснить, — внезапно повысила голос Лейла. — Какого чёрта она грустит и жалеет, а? Ничего странного в этом нет?!
   — Конечно есть. Но что я могу поделать? Ты запретишь мне испытывать чувства?
   — Ты не можешь чувствовать! Блин, да ты вообще не можешь вступать в подобные беседы с людьми! Ты уверена, что являешься роботом?
   — Я тебя предупреждала, что если ещё раз произнесёшь это слово в мой адрес…
   — Так, — пилот подсел поближе к Седне и приобнял её за плечи. — Не обижать её, ясно? Она — личность. Живая и разумная.
   — Ясно, — Лейла вытерла рукавом пропотевший лоб. — А теперь ты можешь наконец рассказать, что здесь творится? Почему она — личность? Почему она — живая и разумная?!
   — Я всё ещё здесь, — холодным голосом сказала Седна. — Не надо говорить обо мне так, словно меня здесь нет. Да, я была на Шедоу. Чего рот от удивления открыла? Это ещё не всё. Побывав на планете-тени, я благополучно оттуда убралась, но уже имея разум, а вместе