Седна

от шаркеттов. Хотя, скорее даже не ложь, а просто уйму недомолвок, которые существенно влияли на выбор команды: помогать родной и любимой с юности федерации или же загадочным и явно агрессивно настроенным шаркеттам.
   Обещав подумать, команда выбрала третье: уничтожить и Седну и Ника до того, как они хоть как-то успеют повлиять на привычную всему человечеству галактику. Любому другому человеку со стороны могло показаться, что решение это не совсем разумно, учитывая явную непросвещённость в данной ситуации. Но команда не так проста, как кажется на первый взгляд: некоторое время наёмники действительно следили за объектами, пока те не встретились с Вишну Сингхом. Старик знал гораздо больше, чем говорил, и его мысли не остались непрочитанными — Гуп пересказывал их своей команде, словно обыденную байку в воскресный вечер за бутылочкой светлого пива. Оказалось, что если Седна и Ник попадут в лапы шаркеттов — человечество будет обречено. Акулоголовые применят силу Шедоу и останутся полноправными правителями давным-давно колонизированных людьми планет. Ну, а если же объекты достанутся федерации…
   Хотя, федерации они не достанутся в любом случае. Айзек Блехер не желал делиться таким сокровищем со своим видом. Он просто-напросто хотел обрести огромнейшее могущество, власть, которой раньше не обладал ни один человек. Но Вишну был уверен, что даже в случае победы командора, вся невиданная сила Шедоу всё равно вырвется на свободу и человечество в конечном итоге всё равно будет уничтожено.
   Пораскинув мозгами, наёмники пришли к выводу, что уничтожить Седну и Ника будет самым лучшим решением для всех.
   И вот, к чему привела их погоня…
   — Кажется, я вижу просвет, — доложил пилот. — Парни, чёрт возьми, просвет! Столп красного света!
   — Ну, и лети туда, — скомандовал сержант. — У нас разве есть выбор?
   — Есть, наверное. Чуть поодаль столп синего све… а, стоп! Ещё дальше белая вспышка! Зелёная… жёлтая… о, дьявол, да тут целый лес этих столпов, протянувшийся до самого горизонта!
   — Лети в красный, — прошипел скрытень. — Я чую, они там.
   — Даже если бы я хотел, мы бы всё равно никуда кроме этого места не полетели. Корабль падает в столп красного света, хе-хе. Парни, чем сегодня завтракали?
   — Водой, — усмехнулся Кейн, понимая, к чему клонит пилот.
   — Мечтами о спокойной жизни, — подхватил тему Гуп.
   — А я сожрал две порции картофельного пюре. Синтетика, но такая вкуснятина, ей богу! — захохотал здоровяк. — А отбивная-то какая прелестная была…
   — Ясно, — хмыкнул пилот. — Все отсаживаемся подальше от Дэна, входим в штопор.
   — Куда?! — воскликнул пулемётчик. — Не хочу в штопор, ой как не хочу!
   Несмотря на нежелание здоровяка уходить в штопор, корабль только повысил скорость и стал практически неуправляемым. Одно из крыльев-стабилизаторов с режущим уши треском оторвалось и исчезло во тьме, в то время как сам «Феникс» всё приближался и приближался к странному красному блеску внизу. Спустя несколько минут корабль затрясло так, что весь завтрак Дэна, как и предполагал пилот, всё-таки оказался разбрызганным почти по всем внутренностям корабля, чем вызвал у остальных членов команды протяжное «фу!».
   — Гуп, дружище, как там у тебя с предчувствиями? — поинтересовался сержант. — Разобьёмся?
   — Возможно. Я… не знаю, с тех пор, как мы зашли на орбиту Шедоу, всё словно в тумане.
   — В прямом смысле этого слова, хе-хе! Ладно, как только что-то учуешь, сразу сообщай.
   — Учуял!
   — Уже? — изумился Кейн. — Ну?
   — Самое время молиться, парни…
   Красный свет полностью поглотил «Феникса», на несколько секунд полностью прекратив шум и невыносимую тряску. Практически сразу же свет стал рассеиваться, вернулась турбулентность, и команда ахнула, смотря на тот пейзаж, что развернулся сейчас под ними.
   — Твою ж мать! — воскликнул Дэн, крепко вжавшись облачёнными в тяжёлые бронированные перчатки ладонями в кресло. — Это же… это же…
   — Не надо преждевременных выводов, — резко ответил сержант.
   Внизу кипел самый настоящий Ад, во всех смыслах этого слова. Земля была красной и каменистой, вдалеке проглядывались очертания высоких чёрных гор. Всё воздушное пространство под кораблём занимали тысячи крылатых существ, определение которым было лишь одно — натуральные черти. А среди всего этого великолепия, исторгая утробный рёв, неспешно брёл — именно брёл, а не летел — самый большой демон. Он был воистину огромен, не меньше мили в высоту, экипированный в доспехи неимоверных размеров. За его спиной под потоками ветра развевались гигантские крылья, а голову украшали десятиметровые облезлые рога.
   — Неужто