Кэти привыкла к тихой, размеренной жизни в качестве компаньонки старого Джозефа. Внезапно в ее судьбу, словно ураган, врывается его крестник, унося прочь спокойствие и переворачивая с ног на голову всю ее жизнь.
Авторы: Уильямс Кэтти
на глаза мстительной подруге?
– Нужно было просто рассказать правду вместо… вместо…
– Никогда не раскаивайся в выбранном пути. Не существует ничего бесполезнее. – Бруно поднялся, оставив на столике сумму, намного превышающую стоимость двух кофе, и остановился, поджидая Кэти.
Неужели она настолько глубоко увязла в этой истории? Ведь вначале, утром, когда Бруно пустил в ход все свое красноречие, казалось, что скрыть правду очень легко. Она даже не заметила, как они очутились в центре города перед входом в большой магазин.
Бруно тут же завязал разговор с владелицей. Кэти была уверена, что, приди она одна, женщина не удостоила бы ее ни малейшим вниманием, но Бруно был особенным. Надменная брюнетка показывала ему новую коллекцию и украдкой бросала на Кэти быстрые многозначительные взгляды.
– А я-то думал, что женщинам нравится, когда им покупают красивые вещи, – улыбнулся Бруно, подходя ближе.
– Ты практически прижался ко мне, отойди, – прошипела Кэти.
– Мы помолвлены, разве ты забыла? А помолвленным людям свойственно находиться в непосредственной близости друг от друга. От них ожидают именно такого поведения. И тебе нужно к этому привыкнуть. Твои родители и Джозеф встревожатся, если мы проведем весь вечер в разных углах комнаты.
– Согласна, но здесь нет ни Джозефа, ни моих родителей. Никого, кроме совершенно незнакомой женщины-консультанта, источающей снобизм.
– Взявшись выполнять работу, выполняй ее хорошо, – последовал ответ.
Итак, она низведена Бруно до положения подчиненного, обязанного выполнить работу. Удивляться особенно нечему, если вспомнить, что красавица Изабел означала лишь возможность приятного времяпрепровождения. Но внутри у девушки все болезненно сжималось при мысли о собственной готовности всегда оказаться к услугам Бруно.
И ей действительно хотелось, чтобы он отошел подальше. Кэти помнила его тело, и близость Бруно заставляла ее воспламениться чувством, не имеющим ничего общего с антипатией.
Наверное прочтя ее мысли, он пересек помещение и уселся в кресло, разглядывая выставленные наряды.
– Восхитительно, – пропел Бруно, словно желая польстить консультанту, – в таких платьях можно смело отправляться на прием к королеве.
Кэти подошла, свирепо глядя на него.
– Конечно, я всего-навсего рабочая единица, – тихо сказала она, – но не чересчур ли это? Ты понимаешь, сколько они стоят? Я ведь не смогу вернуть тебе деньги. Ты выбросишь на ветер колоссальную сумму, ведь по окончании работы я возвращу тебе эти платья, и ты не сможешь сдать их обратно в магазин.
Губы Бруно превратились в тонкую линию, от взгляда повеяло холодом.
– Я нахожу данное замечание крайне бестактным, – ответил он. – Ты можешь оставить себе эти проклятые платья. И кольцо тоже. И перестань говорить о деньгах.
– Конечно, я никогда и не мечтала о таком. – Кэти бессознательно покрутила украшение на безымянном пальце. – Но мое кольцо ничего не означает. Обручальные кольца носят, скрепляя ими серьезные отношения, а не… а не подобный фарс.
– Думаю, – Бруно сжал челюсти, угрюмо глядя на девушку, – консультант уже теряет терпение. И этот разговор никуда нас не приведет. Если ты не хочешь оставить платья себе, можешь раздать их в благотворительные фонды. – Он отвернулся, вытянул ноги и послал неуловимый кивок застывшей в ожидании женщине.
Брюнетка немедленно засуетилась, виляя бедрами.
Конечно, Кэти не оставит себе эти платья. Они совсем не в ее стиле. И потом, несмотря на ту единственную ночь страсти, они заключили сугубо деловой контракт, не имеющий отношения ни к ее доверчивому сердцу, ни к глупому желанию… Но если это только спектакль, почему бы не попробовать проникнуться духом игры, повинуясь указам Бруно и исполняя роль? Тихий голосок нашептывал ей, чтобы девушка показала этому снобу, что она вовсе не провинциальная простушка в серых одеждах, как он считает, что при желании она может выглядеть сексуально.
Примерка оказалась делом гораздо более радостным, чем ожидала Кэти. Она надевала платья, крутясь перед зеркалами и изумляясь тому, как покрой одежды волшебным образом преображает ее, превращая худенькое плоское тельце в изящную женскую фигурку.
Бруно хмуро сидел, периодически роняя какое-нибудь сухое замечание, и Кэти изо всех сил старалась игнорировать чувство досады. Ее ранили его скупые, совершенно лишенные восторга комментарии. По окончании примерки он встал, попросил доставить покупки домой после обеда и молча оплатил счет.
– Я изменила мнение, – произнесла Кэти, когда они вышли на улицу.
– О чем ты?
– О нарядах. Ты получишь назад кольцо,
