В Подмосковье, на берегу реки, найден в шоковом состоянии мальчик в больничной одежде. Одновременно в Генпрокуратуру России пришло письмо от профессора Ленца, сообщающего о кровавых преступлениях, которые происходят в одной из секретных лабораторий, занимающихся трансплантацией человеческих органов. Крайне запутанное дело поручается «важняку» А. Б. Турецкому и его друзьям из Генеральной прокуратуры и Московского уголовного розыска.
Авторы: Незнанский Фридрих Еевич
обработки клиент расколется куда охотнее, чем на Петровке, 38. Что касается Турецкого, то он поначалу был решительно против. Но, поразмыслив, все же согласился принять участие в небольшом театрализованном представлении. И теперь с видом заправского «крутого» босса, скрестив руки на груди, невозмутимо стоял в стороне, ожидая результатов.
— Кто сдал Паука? — развязно спросил Майер, держа руку на щитке управления, где была кнопка запуска циркулярной пилы. И выражение его наглой арийской физиономии явно не предвещало злополучному фраеру ничего хорошего.
— Какого Паука?! Я ничего не знаю!
— Врешь, падла! — рявкнул «бандит». — Босс, по-моему, его надо слегка укоротить…
— Я не сдавал! Это не я! Клянусь вам! — отчаянно завопил адвокат.
Но было поздно. Переглянувшись с «боссом», капитан Майер нажал кнопку. В тот же миг под станиной натужно загудел мощный электромотор. Стальное лезвие завертелось, набирая обороты, и протяжно запело на одной высокой зловещей ноте.
Адвокат судорожно дернулся. Но два кожаных брючных ремня, которыми он был связан, держали его мертвой хваткой. Глаза его выкатились из орбит, а рекламно-красивое лицо перекосилось от смертельного ужаса.
Майер хладнокровно поднес руку к следующей кнопке, которая приводила в действие подающий механизм станка.
— Нет!!! Развяжите меня! Я все скажу! — перекрывая звон пилы, отчаянно вскрикнул насмерть перепуганный Елагин.
«Бандит» тотчас выключил станок и внезапно накинулся на адвоката с вопросами. Он знал, что это самый подходящий момент для откровенного разговора.
— На кого работал Паук? Кто организовал торговлю «мясом»? Колись, сволочь, пока я тебя не располовинил!
— Полковник! — обливаясь слезами, истерически вскрикнул Елагин. — Это все он!
— Какой полковник?
— Из ФСБ!
— Фамилия?!
— Я не знаю! Его зовут Ленька! Кличка Полковник!
— Кто за ним стоит?
— Я не знаю! Какие-то большие шишки! Очень большие!
— Конкретно! Мне нужны имена!
— Не знаю имен! — униженно заскулил адвокат. — Клянусь вам! Только Полковник знает! Господи, теперь он меня убьет…
— Где находится вход в подземелье?
— Не знаю! Я там никогда не был! Только Паук…
— Кто производит операции? Детей кто режет — говори!
— Латыш! Я не знаю имени! Он хирург. Работал в Институте пересадки органов…
— Ну вот, а говорил, ничего не знаешь, — сменив тон, уже вполне миролюбиво заметил Майер. И отвязал расколовшуюся «жертву».
Трясясь как в лихорадке, едва живой от пережитого ужаса, служитель Фемиды с облегчением перевел дух. На его стильных брюках расползалось влажное пятно.
— Хорошо. Теперь осталось занести ваши показания в протокол, — неожиданно произнес стоявший в стороне «босс». — А потом вы его подпишете, уважаемый господин Елагин.
Невольно вздрогнув при слове «протокол», почтенный адвокат с изумлением вытаращился на своих мучителей.
— Кто вы?!
— Капитан Майер, уголовный розыск, — с улыбкой вежливо представился «Ганс».
— Надзирающий прокурор Турецкий, — сняв очки, произнес Александр Борисович, который был несказанно рад тому, что вся эта жутковатая комедия наконец закончилась. — Сейчас мы отвезем вас на Петровку, и вы нам еще раз подробно все расскажете…
Потрясенный адвокат стал судорожно глотать пересохшими губами воздух. Казалось, его вот-вот хватит удар.
Внезапно под сводами громыхнул выстрел. Нелепо взмахнув руками, адвокат откинулся навзничь. Во лбу его зияла кровавая дыра.
— Берегись, Марк! — крикнул Турецкий. Но Майер, зажимая ладонью окровавленное плечо, уже медленно оседал на землю. Следующая пуля просвистела возле самой головы прокурора.
Присев рядом с Майером, Турецкий выхватил из-за пояса ТТ и настороженно огляделся. Казалось, в огромном полутемном гараже не было ни души.
— Марк, ты в порядке? — шепотом спросил он.
— Кость вроде не задело, — стиснув зубы, ответил тот. — А вот клиенту, похоже, крышка…
Надо сказать, что подобная развязка вовсе не входила в их планы. Так же, как излишняя откровенность адвоката определенно не входила в планы его мафиозных покровителей.
— Давай, прокурор, действуй, — скривился Майер, — а то ведь уйдет гад…
Прячась за грудами строительного хлама и держа наготове пистолет, Турецкий короткими перебежками бросился к выходу. Из темноты внезапно громыхнул выстрел, отдаваясь раскатистым эхом под бетонными сводами. Затем послышался затаенный шорох и тут же сорвался в топот бегущих ног. Вскинув оружие покойного адвоката, Александр Борисович наугад послал вслед бегущему несколько
