Секретная сотрудница

слезы: — Вы что-то знаете. Я вижу. Пожалуйста, скажите, что с ним случилось?
— К сожалению, мы знаем не больше вас, — вздохнул Грязнов.
Турецкий наметанным глазом ненавязчиво осматривал большую трехкомнатную квартиру, в которой царил изрядный беспорядок.
— Простите, вы готовитесь к переезду? — спросил он.
Женщина внезапно закрыла лицо руками и расплакалась.
— Успокойтесь, Марина Николаевна, — мягко сказал Грязнов. И шепотом бросил Турецкому: — Воды принеси, живо!
Хозяйку бережно усадили и напоили водой.
— Мы хотим вам помочь, — взяв ее за руку, доверительно произнес Вячеслав Иванович. — Можете нам верить.
— Я знала… Я чувствовала: тут что-то не так, — всхлипывая, сказала женщина. — Сначала исчез Аркадий. Потом случилось это. И вот явились вы… О Господи!
Она снова заплакала.
Турецкий и Грязнов переглянулись.
— Вы не могли бы объяснить, что здесь произошло? — спросил Александр Борисович, когда она немного успокоилась.
— Я не знаю. Ничего не знаю… Я сама недавно приехала с дачи, а тут все перевернуто… Сначала мне показалось, что в квартире побывали воры. Но потом я заметила, что не пропало ни одной вещи. Ровно ничего! Это какой-то ужас…
— Может быть, это сам Аркадий Викторович в спешке что-то искал и не успел убрать? — предположил Турецкий.
— Что вы! Он такой аккуратный. Нет, он бы такого никогда после себя не оставил…
— Вы милицию вызывали? — спросил Грязнов.
— Нет. Я же сказала, из квартиры ничего не пропало: ни деньги, ни ценные вещи..
— Вы хорошо все осмотрели?
— Конечно!
— Простите, это компьютер вашего мужа? — спросил Турецкий, заметив стоявший в одной комнате «Макинтош».
Женщина кивнула.
— Вы не могли бы его включить?
— Вообще-то без разрешения мужа… Да, конечно…
Компьютер не работал.
— Ничего не понимаю, — удивилась хозяйка. Заглянув с тыльной стороны, чтобы проверить питание, она неожиданно всплеснула руками.
Системный блок явно кто-то вскрывал: соединительные кабели оказались сняты, а кожух развинчен.
— По-моему, здесь чего-то не хватает, — заметил Грязнов. — Вы разбираетесь в этой технике, Марина Николаевна?
Женщина уверенно сняла кожух и ахнула:
— Винчестер!
Опасения друзей подтвердились: из компьютера был напрочь вынут жесткий диск вместе со всей информацией.
— Вы не знаете, что именно ваш муж записывал на компьютер? — спросил Турецкий.
— Ничего особенного. Разную информацию по авиакатастрофам. Он всегда тщательно анализировал подобные случаи…
— Ну что ж, это многое объясняет, — нахмурился Турецкий. — Скажите, Марина Николаевна, после возвращения вашего мужа из командировки вам случайно по телефону не угрожали?
— Нет, — испуганно произнесла женщина. — То есть, я не знаю, потому что трубку обычно снимал Аркадий.
— Вот что, — решительно сказал Грязнов. — Поскольку у вас в квартире побывали посторонние, мы должны здесь тщательно все осмотреть. Поэтому, с вашего позволения, я сейчас вызову нашу оперативную группу, и они тут немного поработают. Может быть, нам удастся выяснить, кто это сделал?
— Боже мой, Аркадий… — заплакала женщина.
— Пожалуйста, не волнуйтесь, Марина Николаевна, — вставил Турецкий. — Мы сделаем все возможное, чтобы найти вашего мужа. И вообще, я уверен, что с ним ничего страшного не случилось…
Однако в глубине души он был совершенно уверен в обратном.

Оба еще некоторое время пробыли в квартире Кулика вместе со следственно-оперативной группой. Но никаких следов незваных гостей так и не обнаружили.
— Чисто сработали, — буркнул Грязнов, когда уже в сумерках они мчались к нему на Енисейскую. — Профессионалы…
Турецкий, которому до смерти не хотелось тащиться домой, охотно согласился с предложением старого друга переночевать у него, а заодно и потолковать на досуге об этом странном деле. Остановившись у коммерческой палатки, друзья затарились двумя бутылками водки и явились к Грязнову во всеоружии.
— Одного не пойму, зачем они распотрошили компьютер? — удивлялся Вячеслав Иванович.
— Очевидно, на всякий случай, — предположил Турецкий. — Искали еще какие-нибудь материалы по белградской катастрофе. А саму копию протокола перехватили в день нашей несостоявшейся встречи…
— И все-таки, Саша, я не уверен, что в этом деле замешано гэбье, — разливая водку, сказал Грязнов.
— И напрасно. Потому что существует еще одна серьезная улика, о которой я тебе пока не рассказывал.
— Какая улика?
— Сначала выпьем…
И Турецкий наконец рассказал другу о загадочном