В возрасте десяти лет Миранда Чивер не показываала даже признаков своей будущей красоты. И в возрасте десяти лет Миранда отлично понимала, что общество ждет от нее. До тех самых пор, пока блистательный и прекрасный Найджел Бевелсток, виктонт Тёрнер, поцеловал ее руку и пообещал, что наступит день, когда она вырастет и станет самой собой, и станет столь же прекрасна, сколь сейчас умна. И в свои десять лет Миранда уже отлично знала, что будет любит Найджела вечно…
Авторы: Джулия Куин
жизни, так ясно написанном на его застывшем лице.
— Я могу подержать ее?
— Конечно, — леди Ридланд осторожно вложила сверток в его руки, — Она твоя, ты же знаешь.
— А вот и ты, да? — он посмотрел вниз на розовенькое личико и коснулся крошечного носика, — Как твои дела? Добро пожаловать в мир, котенок.
—Котенок? — удивилась леди Ридланд, — Какое забавное прозвище.
Тернер покачал головой.
— Нет, это не забавно. Это прекрасно, — он посмотрел на мать. — Как долго она еще будет такой маленькой?
— О, я не знаю. По крайней мере, еще некоторое время, — она подошла к окну и раздвинула шторы. — Светает. Оливия сказала мне, что ты хотел больше света в этой комнате.
Он кивнул не в силах отвести от дочери взгляда.
Леди Ридланд закончила суетиться у окна и вернулась к нему.
— Да, Тернер… у нее карие глаза.
— Правда? — он снова взглянул на ребенка. Ее глазки были закрыты — она спала. — Я знал, что так и будет.
— Это хорошо, она не хотела бы разочаровать своего папу в свой первый день, не правда ли?
— Или свою маму, — Тернер посмотрел на все еще смертельно бледную Миранду и прижал к себе этот крохотный комочек новой жизни. Леди Ридланд поглядела на синие глаза своего сына, точно такие же, как у нее, и сказала:
— Осмелюсь предположить, что Миранда надеялась на синие глаза.
Тернер неловко сглотнул. Миранда любила его так долго и преданно, а он отверг ее. Теперь он мог потерять ее, и она никогда не узнает, что он понял, какой тупой задницей он был. Она никогда не узнает, что он любит ее.
— Осмелюсь предположить, что она их получит, — сказал он сдавленным голосом. — Ей только надо будет подождать до следующего раза.
Леди Ридланд прикусила губу.
— Конечно, дорогой, — сочувственно произнесла она. — Ты уже подумал, как назовешь девочку?
Он удивленно вскинул голову, сообразив, что никогда не думал над тем, какое имя дать ребенку.
— Я… Нет, я забыл об этом.
— Оливия и я думали о некоторых симпатичных именах. Что ты скажешь о Джулиане? Или Клэр. Я предложила Фиону, но Оливии не понравилось.
— Миранда никогда бы не позволила назвать свою дочь Фиона, — сказал он тупо. — Она всегда ненавидела Фиону Беннет.
— Ту маленькую девочку, которая живет неподалеку от Хейвербрикса? Я не знала об этом.
— Это спорный вопрос, мама. Я не назову ее никак, пока не посоветуюсь с Мирандой.
Леди Ридланд снова сглотнула.
— Конечно. Дорогой. Я буду только…, я оставлю тебя пока. Побудь немного со своей семьей.
Тернер посмотрел на свою жену, потом на дочь.
— Это твоя мама, — прошептал он, — Она очень устала. Ей понадобилось много сил, чтобы ты родилась. Не могу понять почему. Ты ведь такая маленькая. — Он коснулся одного из ее крошечных пальчиков, словно подтверждая это. — Я не думаю, что она успела тебя увидеть. Но я знаю, что она бы очень хотела. Она взяла бы тебя на руки, обняла и поцеловала тебя. Ты знаешь почему? — он неловко смахнул слезу. — Потому что она любит тебя, вот почему. И я держу пари, что она любит тебя даже больше, чем меня. И я думаю, что она должна любить меня совсем мало, за то, что я вел себя не так, как должен был.
Он украдкой взглянул на Миранду, чтобы удостовериться, что она очнулась прежде, чем он добавил:
— Мужчины могут быть задницами. Мы глупы и тупы, и мы редко открываем свои глаза достаточно широко, чтобы видеть все те подарки, что преподносит нам судьба. Но я вижу тебя, — добавил он, улыбаясь дочери. — И вижу твою маму, и я надеюсь, что ее сердце достаточно большое, чтобы простить меня в последний раз. Думаю, что это так и есть. У твоей мамы есть благородство.
Малышка загулькала, заставляя Тернера восхищенно улыбнуться:
— Я вижу, что ты согласна со мной. Ты очень умна для только что родившегося человечка. Но с другой стороны, чему я удивляюсь — твоя мама тоже очень умна.
Ребенок заворковал.
— Ты льстишь мне, котенок. Но сейчас я склонен думать, что и я тоже умен, — он посмотрел на Миранду и прошептал. — Только двое из нас знают, насколько глупым я был.
Девочка по-детски загукала, вынуждая Тернера полагать, что его дочь была самым умным ребенком на всех Британских островах.
— Ты хочешь познакомиться со своей мамой, котенок? Почему бы мне не представить вас друг другу? — его движения были неуклюжими, он никогда раньше не держал детей на руках, но все-таки ему удалось уложить дочь на сгибе руки Миранды.
— Вот так. Мммм, там тепло, не так ли? Я бы хотел поменяться с тобой местами. У твоей мамы очень нежная кожа, — он коснулся щечки ребенка. — Не такая нежная, как у тебя, но все-таки. Ты, моя маленькая, удивительно прекрасна.
Ребенок заволновался и, покряхтев, издал громкий вопль.
— О, дорогая, — пробормотал
