После окончания университета начинающий юрист Денис Петровский поступает на работу в прокуратуру, а его сверстник журналист Сергей Курлов неожиданно становится грузчиком в коммерческой фирме. Никто не знает, что молодые люди выполняют секретное поручение по государственной программе борьбы с коррупцией и организованной преступностью. Но политическая конъюнктура изменилась, программа свернута, и Петровский с Курловым остаются один на один с многочисленными проблемами и врагами.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
перед светофором, Денис ткнулся лбом в спинку переднего сиденья.
— А евреев почему не любишь? — спросил он Виталия.
Тот опять читал, прислонившись плечом к окошку.
— Долго рассказывать.
На квартире Есипенко их ждали Паршнов с понятыми — тихими пожилыми супругами, принаряженными, словно на праздник. Работы для Дениса было немного, поскольку Дрын обходился минимумом обстановки: четыре стула, диван-кровать, подсервантная тумба, уставленная посудой, платяной шкаф, холодильник, — и огромный, в полстены телевизор «Филлипс» с высокими колонками.
— Посмотри, нет ли тут знакомых вещей, — Денис распахнул дверцы шкафа.
Виталий подошел, заглянул, засунул в ворох вещей обе руки и принялся сноровисто их перебирать.
— Вот, кажется, Жорина… Он ее как раз перед последним рейсом купил.
Виталий вытащил короткую кожаную куртку апельсинового цвета, почти новую.
— Да, точно, вот тут пятнышко…
В тумбе валялись несколько книг и видеокассеты, там же находилась картонная коробка, в ней пар пять наручных часов — с ремешками и без ремешков, все недорогие массивные в хромированных и обтянутых резиной корпусах, с пестрыми циферблатами…
Денис поставил коробку на стол.
— А здесь нет ничего знакомого?
Помрачневший после первой находки Виталий поворошил тонкой рукой хромированно-резиновый клубок, взял один корпус, повертел и бросил, потом — другой.
— Да, вот они, — сказал он, подходя к Денису и передавая ему часы. — Тут даже надпись выгравирована: «Жорка, не спи, держи баранку. Капитан Вайт. 14.06.93».
Это я ему подарил, когда первый курс закончил.
Денис взял часы, недоверчиво посмотрел на надпись.
— Капитан Вайт?
— Ви-Ай-Ти — от слова «Виталий», — сказал Старыгинмладший.
— Сейчас ты весь такой ортодоксальный, не похоже это на тебя. Ви-Ай-Ти…
— Это было три года назад.
Спокойные выразительные глаза.
— Хорошо, — кивнул Денис. — Тогда составим протокол, и-по домам.
К пяти часам с делами было покончено, квартира опечатана, протокол — подписан.
— Извини, конечно, — сказал Денис Старыгину-младшему, когда они вышли на улицу, на скользкий от листьев асфальт. — Но вот ты говоришь: Жора зарабатывал большие деньги, всю семью кормил, тебя на ноги ставил. А как ему удавалось зарабатывать столько?
Виталий достал из кармана платок, деликатно промокнул им ноздри. И сказал вдруг как ни в чем не бывало:
— Он наркотики возил — героин и коку. Для протокола я это не повторю, а вы никогда не сможете доказать, что я что-то знаю и скрываю.
Денис закурил, совсем забыв про любимый мундштук. Виталий отвернулся от летящего в его сторону дыма.
— Жора в «Пирожок» пошел работать, когда у отца инфаркт случился, а меня с филфака поперли. Он иногда по две тысячи баксов в месяц приносил. Матери цветы покупал, когда шел с работы.
— Так, значит, именно в «Пирожке» он занялся наркотиками?
— Да.
— И там до сих пор…
— Не знаю. И не спрашивайте лучше. Ненавижу евреев и наркоманов… Никого так не ненавидел. Только говорить все равно ничего не буду.
— Твой брат зашибал деньги на этих самых наркоманах.
— Да! А я на эти деньги учился! Кватроченто, Козимо Медичи, Брунеллески»
Мазаччо, Альберта и Гиберти!.. Через год с университетской коркой я смогу свалить отсюда в Москву или даже в Милан, найти приличную работу, купить дом и оригинал Климта на стену б гостиной — именно этого Жорка и добивался! Он знал, что сам никогда не выйдет в люди, так и будет крутить свою баранку, пока не свихнется, а я — я умный, я выйду! Вам понятно?..
— Понял, не переживай.
Глаза Виталия превратились в щелки-доты. Лицо напряглось, разбухло, огрубело.
Сейчас Денис видел перед собой единокровную копию Жорика Старыгина, шоферюги.
— А на какие деньги ты собираешься учиться последние три семестра?
— Осталось еще кое-что, — Виталий сунул руки в карманы пальто, подвигал бровями, словно пытаясь вернуть на место свое прежнее лицо. — Родители сказали, чтоб доучивался… Там как раз хватит, копейка в копейку. Жорка будто знал, что так оно все и выйдет.
— Ты, наверное, в семье любимчик, — предположил Денис.
— Не грузите, пожалуйста, — поморщился Виталий.
— Жору из-за тебя убили, а ты не хочешь помочь мне поймать тех, остальных.
— Это твоя… ваша работа, зачем я стану помогать?
