После окончания университета начинающий юрист Денис Петровский поступает на работу в прокуратуру, а его сверстник журналист Сергей Курлов неожиданно становится грузчиком в коммерческой фирме. Никто не знает, что молодые люди выполняют секретное поручение по государственной программе борьбы с коррупцией и организованной преступностью. Но политическая конъюнктура изменилась, программа свернута, и Петровский с Курловым остаются один на один с многочисленными проблемами и врагами.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
вызывает подмогу, и хочешь не хочешь — а ехать надо, тут никто даже не спрашивает. Самым последним делом считается заставлять ждать машину, приехавшую за тобой с другого, возможно, конца города…
Хотя на самом деле никто никогда и не ждет. Каждая минута на счету, тут не до реверансов. Если ты замешкался, то начнут трезвонить в дверь, а то взревнут сиреной или поторопят через громкоговоритель — весь дом на ноги поднимут, будешь для соседей врагом номер один.
Но сейчас в подъезде было тихо. Слышно, как звенит вольфрамовая нить в лампочке над распределительным щитом. Никто не поднимается по лестнице, матеря лежебок, никто не давит на сигнал. Непривычная деликатность… Но главное в другом! Денис почувствовал, что у него похолодело под ложечкой.
«Срочный вызов… Человека убили… Это недалеко…» — сугубо бытовые обороты.
Ни один работник милиции так не говорит! У профессионалов свой сленг, своя терминология и свой язык.
«Убийство на Некрасовской, 23!» — так скажут девять из десяти дежурных и их помощников. А десятый скажет по-другому: «Криминальный труп на Некрасовской, 23!»
И все, на этом разнообразие заканчивается…
Денис спустился обратно, выключил свет на площадке. И снова подошел к окну.
«Ерунда, — сказал он себе. — Может, они сами еще толком не проснулись. Может, в самом деле, помдеж попался молодой, не пропитавшийся до мозга костей ментовскими привычками».
Все может быть. Да, конечно. Он сунул руку под мышку, повозился, вытащил «макара».
Машина стоит внизу, как и стояла. Они ждут. Не поднимаются наверх и не уезжают.
Не закуривают. Не переговариваются. Сидят, как в окопе накануне атаки.
Как в засаде.
Денис даже присел от неожиданности. Засада? На него? С чего это вдруг?..
С того. И не вдруг. Дурацкое нападение Кружилина уже было. А Мамонт предупреждал, что они не успокоятся.
Надо вернуться и позвонить. Набрать «02»: «Что за происшествие на Некрасовской, почему поднимаете городского следователя?» И все станет ясно.
Денис успел спуститься на несколько ступенек к дверям своей квартиры, когда услышал этот мягкий звук внизу.
Шр-шр-шр-шр.
Ритмичный шорох одежды. Близко. Охотника в каменных джунглях выдают не шаги, а кожаная куртка.
Значит, они все-таки поднимаются. Они придержали дверь подъезда, когда входили; возможно, даже плеснули машинного масла на петли и пружину, чтобы не скрипнуло.
И теперь они совсем близко, двумя-тремя пролетами ниже.
Денис окончательно понял, что приехали за ним. Точнее, за его жизнью.
Но вместо того, чтобы бежать в квартиру, Денис остановился как вкопанный. Он успеет открыть дверь, конечно, — если даже принять во внимание, что люди внизу, услышав звук ключа, поворачиваемого в замке, перестанут таиться и сразу откроют огонь. Денис успеет захлопнуть дверь и упасть на пол. А мама?.. Успеет? Она выйдет на шум в прихожую, чтобы задать свой коронный вопрос («Что случилоо…
«). И дверь разлетится в куски. Три сантиметра клееной древесины, два листа ДВП — кирпичом прошибешь!
Денис, не дыша, прилепился спиной к стене. Дверь осталась слева на расстоянии вытянутой руки.
Тихо погас свет на площадках первого и второго этажей; стало темней, чем с зажмуренными глазами (отключили рубильник?). Шорох совсем близко, он кажется оглушительным. Ствол «макара» уставился в страшную темноту, но он не готов к стрельбе, надо дослать патрон, а лязг затвора сразу выдаст его с головой…
Денис таращил глаза, пытаясь различить приближающуюся тень. Две тени, три тени.
Сколько? Где?..
И вдруг над его головой прогремел дверной звонок. Словно в уши ткнули заряженным конденсатором.
Денис вздрогнул, зубы клацнули от неожиданности. За дверью залаяла Джоди.
Они уже здесь.
Мама, не открывай!
— Кто там? — послышался ее тихий встревоженный голос из-за двери.
— Скажите Денису, что его ждут, — пророкотало совсем рядом, где-то на двухметровой высоте.
— Как ждут? Он давно вышел!
Молчание. Денис представил себе мамино лицо. Ужас. Истерика. Конец света. Она прислоняется к двери, зажимая рот рукой, пытается осмыслить эту несуразицу.
— Как вышел?! Где же он?
— Давай быстро вниз!
Их двое. Не самый худший вариант. Денис резко дернул затвор, оглушительный лязг прозвучал неожиданным выстрелом.
— Ложись! Стреляю!
Но вместо выстрела Денис пыром выбросил
