После окончания университета начинающий юрист Денис Петровский поступает на работу в прокуратуру, а его сверстник журналист Сергей Курлов неожиданно становится грузчиком в коммерческой фирме. Никто не знает, что молодые люди выполняют секретное поручение по государственной программе борьбы с коррупцией и организованной преступностью. Но политическая конъюнктура изменилась, программа свернута, и Петровский с Курловым остаются один на один с многочисленными проблемами и врагами.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
не туда, короче. Существует много разных соблазнов, мои люди подвержены им не меньше других. Но есть еще и закон всемирного тяготения. И яблоко всегда падает вниз.
Сергей подумал, сейчас он бросит яблоко. Вместо этого отец тонко очистил его, ни разу не порвав глянцевитую спиральную стружку, разрезал на две половинки, одну положил на тарелку Сергею.
— Плевать сейчас все хотели на закон, — сказал Сергей. — Особенно там, где крутятся большие деньги.
— Ну, понимаешь… Есть законы и законы. Одни обсуждают, принимают, печатают в газетах, только всем на них наплевать. И есть другие… Когда я заведовал базой, мне позвонил коллега-Иван Афанасьевич Бибиков из Ставрополя. Так, мол, и так, едет ревизия, нужно закрыть недостачу… А недостача по тем временам огромная — триста тысяч! Расстреливали, кстати, уже за десять. Ну я ему и перебросил за ночь машину товара. Без расписок, накладных — без всего, под слово! Он перекрутился — и все вернул. Причем ни он, ни я по-другому поступить не могли.
Иначе Система нас бы отторгла.
— Это тот самый Бибиков? — Сергей указал пальцем вверх.
— Да. Потом он хорошо поднялся…
Отец замолчал и быстро прикончил свой кофе. Он не любил углубляться в подробности и сейчас должен был сменить тему.
— Да гори оно все огнем, Серега. Сегодня я нацелился посидеть в погребке у Шварца, в бильярд погонять, а потом обставиться пивом, чтобы меня за бокалами не видно было. Или на Дон — Коников себе новую базу построил — «Хилтон» да и только! А можно катер взять… В такую жару на реке ох и клево! А ты, я слышал, сессию сдал?
— Сдал, — сказал Сергей. Особой радости по этому поводу он не испытывал.
— Так в чем дело? Пошли вместе. «Наш Вилли пива наварил и нас двоих позвал на пир…»
Пахан интересовался его учебниками и изучал хрестоматии добросовестней самого Сергея.
— Пошли. Зою возьмем, если ты не против. А если против — не возьмем.
Зоя была постоянной любовницей отца. Давно, уже пять или шесть лет. Сергей застукал их когда-то на базе горисполкома, она смазывала отцу спину кремом для загара. Отец не смутился, он никогда особо не скрывался, даже не предупредил:
«Мол, смотри матери не говори!» Сергей, естественно, и так ничего рассказывать не стал.
В отличие от других его телок, Зоя совсем не похожа на секс-бомбу. Она на голову ниже отца, у нее белые, словно выгоревшие, волосы, ноги с выступающими вперед коленками, как у девчонки-девятиклассницы, а бедра не касаются друг дружки внутренней частью, будто она все время сжимает между ногами невидимый воздушный шарик. Зоя возглавляет рекламный отдел отцовской фирмы, там у нее своя контора в конторе; несколько раз Сергей по ее просьбе выдумывал сюжеты и слоганы для кампаний — если они проходили, Зоя выплачивала процент.
— Нет, — сказал он. — Я не пойду.
— Почему?
Отец набычился.
— Ты из-за Зои? — спросил он. — Говорю тебе: я не собирался ее никуда брать, мы и не договаривались с ней ни о чем. Она торчит на работе, трясет за грудки художников, чтобы к первому июня сдать дюжину рекламных щитов-жалюзи… Может, и не пошла бы еще.
— Зоя тут ни при чем, пап. У меня встреча. Важная.
— Не проблема. Встречайся, решай все свои дела — а потом дуй сюда, я тут кое-что подготовлю, оденусь, почитаю в конце концов… А?
Сергей дорого бы дал, чтобы не обижать его. На самом деле отец не просто решил отдохнуть денек от своей конторы — он хотел побыть вместе с ним, прогуляться, попить пивка, поговорить о том о сем. Возможно, о женщинах. Возможно, об этих зеленовато-желтых пятнах на припухшем еще слегка лице. Отец всегда говорил с ним. Даже когда Сергею было восемь месяцев и он даже на «а-а» и «пи-пи» никак не реагировал — отец подолгу рассказывал ему всякие байки, когда укладывал спать. И в пятом классе, когда Сергей перешел в другую школу, где его тут же прозвали Глист (тогда еще он был худой и длинный) и дня не проходило без драки и слез, — отец купил билеты в дом отдыха, неделю учил его удить форель, разделывать ее, жарить в золе, завернув в фольгу. Драться тоже учил. И говорил все время, спрашивал, рассказывал.
«Только теперь разговорами не поможешь, — подумал Сергей. — И даже все твои шустрики охранники, папа, ничего не сделают».
— Не могу, — тихо сказал он.
— Может, ты с девушкой хотел встретиться?.. Так бери ее с собой, какие проблемы!
Возьмем два номера, да и на катере кают достаточно!
Сергей мотнул головой.
— Нет. Ничего не выйдет.
Отец посидел немного, встал, сложил тарелки и чашки в посудомоечную
