После окончания университета начинающий юрист Денис Петровский поступает на работу в прокуратуру, а его сверстник журналист Сергей Курлов неожиданно становится грузчиком в коммерческой фирме. Никто не знает, что молодые люди выполняют секретное поручение по государственной программе борьбы с коррупцией и организованной преступностью. Но политическая конъюнктура изменилась, программа свернута, и Петровский с Курловым остаются один на один с многочисленными проблемами и врагами.
Авторы: Корецкий Данил Аркадьевич
из Дятлова, опознала тело. «Он, Колька, паскуда, он. Кто ж еще?..» Экспертиза обнаружила следы фосфора как в квартире, так и на теле погибшего, Денису представили даже приблизительную схему передвижения ракеты по гостиной, вычерченную по этим следам.
Гости, которые гуляли 22 августа у Димирчяна, не подтверждали и не опровергали его показаний: темно было, все были пьяны, никто ничего не видел. Только одна свидетельница, Маша Вешняк — продавщица из итальянского супермаркета, модная, смазливая девица с неподвижным скуластым лицом, — сказала определенно:
— Да, Газик весь вечер этой штуковиной размахивал. Ну а потом стрелять начал, я видела. Но в окно он не целился, случайно получилось…
— А откуда у него эта ракетница?
— Не знаю. Наверное, нашел где-то.
Сам Димирчян говорил, что ракетницу подарил ему бывший одноклассник по фамилии Гольбурт, отъехавший недавно в Филадельфию на постоянное место жительства.
Гольбурт в самом деле был и в самом деле отъехал — но никто из его оставшихся в Тиходонске родственников ракетницы в глаза не видел.
Во время следственного эксперимента Димирчян показал место во дворе, откуда стрелял, показал, как он стоял при этом. Эксперт-баллист проверил — все сошлось.
Денис предъявил первое в своей жизни обвинение в убийстве, отпечатал на раздолбанной «Москве» постановление об аресте, прокурор расписался в углу, оттиснул большую гербовую печать, и Димирчяна перевели в сизо.
Вскоре пришло заключение трассологической экспертизы: спиленную маркировку ракетницы удалось восстановить на 85%. Варианты номеров Денис направил в РОВД и уже через пару дней знал, что ракетница была куплена в апреле 1993 года в спортивно-охотничьем магазине «Тайга» в Степнянске. Покупатель предъявил охотничий билет на имя Старыгина Георгия Михайловича.
Денису фамилия показалась удивительно знакомой. Старыгин… Кажется, футболист?
Нет, не футболист.
Кто-то из российской эстрадной попсы?.. Нет.
Журналист, чья фамилия время от времени мелькает в «Известиях» или «Донском вестнике»?
Нет.
В конце рабочего дня Дениса вызвал прокурор, вскользь расспросил о делах, напомнил, что в конце августа работа, как правило, идет валом — так что надо поторапливаться, расчищать пространство для трудового подвига. Денис вернулся к себе, включил чайник и положил перед собой на столе две папки — дело о взятках в регистрационном отделе управления ГАИ ГУВД и дело об убийстве двух водителей на Южном шоссе. За какое теперь браться?
И тут что-то щелкнуло у него в голове.
Старыгин…
Вдруг вспомнился рассказ, слышанный во время дежурства: «гонщик» с ракетницей, стычка под Щецином, горящая машина.
Денис раскрыл папку с водителями. Несколько фото с места происшествия: тела в грязной, перекрученной одежде, бледный обнажившийся живот с темными кровавыми разводами, вылезшие из-за пояса трусы. Крупный план: пулевые отверстия со следами копоти. И две прижизненные фотокарточки, на которых — по-крестьянски замкнутые, сосредоточенные лица. Фамилия одного из убитых Берсенев, второго…
Старыгин. Георгий Михайлович.
Обрадованный Денис тут же сообщил о своем открытии прокурору, позвонил Суровцу…
— Вот блин! — удивился майор. — Откуда же у этого поганца ракетница?
— Завтра насяду на него, буду колоть, — пообещал Денис. — И вы давайте помогайте «понизу», чтобы с двух сторон его дожать…
Но дожать плюшевого Газара не получилось. Когда на другой день Денис пришел в сизо, то оказалось, что как раз накануне ночью Димирчян осколком стекла вспорол себе вены. Он находился в карцере один, поэтому обнаружили это только под утро, всего несколько часов назад; Газарос Димирчян умер, не приходя в сознание.
ЭКЗАМЕН НА ГРУЗЧИКА
Они пришли в половине одиннадцатого, когда Сергей уже начал волноваться. Оба пришли: и отец, и мать. Немного навеселе, шумные, даже какие-то помолодевшие.
— И где вы, интересно, нашли друг друга? — спросил Сергей.
Игорь Матвеевич, не разуваясь, прошел в ванную, включил воду и крикнул оттуда:
— Угадай!..
— Наверное, у Шварца в подвале.
— Ну-у, так неинтересно, — протянула мама, с интересом разглядывая себя в зеркало. — Теперь я поняла, Игорь, где ты
