как ты впервые появилась в моем офисе, ты изменила мою жизнь. – Сантана нежно провел пальцами по ее щеке. – Я думал, что имею все в этом мире, пока впервые не взглянул в твои волшебные зеленые глаза. Я винил тебя за то, что ты хотела сбежать в Лондон. Но на самом деле это я сбегал… сбегал от действительности. – Сантана мрачно ухмыльнулся. – И когда мне в руки попало твое заявление, я это понял. Я так испугался потерять тебя. Николь, без тебя я – ничто. Я хочу, чтобы ты и малыш были рядом… И именно это я так хотел тебе сказать! А вместо этого чуть все не испортил…
Николь едва могла поверить в происходящее. Сердце ее рвалось из груди. Она обняла любимого за шею.
– Я тоже хочу быть с тобой, Люк, – прошептала она. – Больше, чем ты можешь себе представить. Я люблю тебя.
Николь увидела, как в глазах Сантаны появилась надежда.
– Значит, независимо от того, что покажет обследование, мы встретим это вместе?
Женщина кивнула.
– Николь, ты выйдешь за меня?
– Люк, я…
– Не говори «нет»! – Люк приложил палец к ее губам. – Пусть это не лучшее время, но я должен был спросить это сейчас. Я люблю тебя всем сердцем, и если мы потеряем ребенка, то обещаю… я всегда буду рядом… Мы придумаем что-нибудь еще.
Николь лишь слабо улыбнулась в ответ. Дверь открылась, и в палату вошла медсестра. Страх тут же вернулся, но теперь рядом был Люк, и Николь чувствовала, как его любовь и поддержка наполняют ее.
Она никогда не забудет тех минут, когда ее перевозили в другую палату. Пока доктор совершала все необходимые приготовления, в палате царило абсолютное молчание. Николь пристально следила за ее лицом, пытаясь заметить малейшие перемены настроения.
– Доктор?… – Голос Люка дрожал.
Врач ничего не ответила, она была слишком увлечена изучением экрана. Затем она улыбнулась.
– Да, я вижу вашего ребенка. И да… все в полном порядке.
Николь ничего не ответила, просто закрыла лицо руками. Люк обнял ее и притянул к себе.
– Все хорошо, дорогая… теперь все будет хорошо.
Доктор улыбнулась и вышла из палаты, оставив влюбленных наедине.
Теплый бриз пробегал по кристальной поверхности Мексиканского залива, чтобы потом найти прибежище в кронах пальмовых деревьев за окном спальни.
Николь давно встала и теперь наблюдала за тем, как первые лучи солнца искрились на воде. Ей очень нравилось здесь, на Флорида-Кис.
– О чем ты думаешь? – Голос Люка вывел ее из задумчивости.
– Только о том, как здесь прекрасно… – Николь обернулась и посмотрела на мужа, лежащего на кровати. – Мне казалось, ты еще спишь, – улыбнулась она.
– Нет, на самом деле я уже битый час наслаждаюсь твоим прекрасным силуэтом в белой ночной сорочке.
Николь залилась краской, и Люк рассмеялся.
– Удивительно… я все еще могу заставить тебя покраснеть после двенадцати месяцев брака. Поздравляю с годовщиной, дорогая. – Сантана протянул к ней руки, и Николь вернулась в кровать, чтобы растаять в его объятиях.
– Счастливой годовщины. – Они растворились в долгом и страстном поцелуе. – Я так люблю тебя. – Николь прижалась губами к ключице мужа. – Это был прекрасный год.
– Всего лишь один из череды многих, нас ожидающих. – Люк крепче обнял любимую. – Жениться на тебе было самой выгодной сделкой, которую я когда-нибудь заключал. Хотя отнюдь не самой простой.
Николь рассмеялась. Она долго мучила Люка, прежде чем согласиться выйти за него замуж. На самом деле, она просто боялась брака. Однако Сантана развеял все ее сомнения. Он слал ей цветы, подарки и вечные признания в любви, настаивая на браке.
Николь еще раз улыбнулась. За это время ее любимый невероятно изменился.
– Тебе не стоило тогда слать все эти подарки. – Она поцеловала мужа. – Потому что самым лучшим твоим подарком был Томас.
И словно в подтверждение ее слов малыш, до этого мирно спавший в колыбели рядом, внезапно что-то промурлыкал. Оба родителя разом обернулись.
Томас Сантана, всего десяти месяцев от роду, был самым красивым в мире ребенком. У него были черные как смоль волосы, пронзительный папин взгляд, и улыбка, способная растопить любое сердце.
– Привет, милый. – Николь взяла малыша на руки. Каждый день она просыпалась для того, чтобы в очередной раз поблагодарить небеса за это маленькое чудо.
– Чем мы будем сегодня заниматься? – спросила она. – Может быть, садом…
– Забудь про сад, – сказал Люк. – Ты, я и Томас вечером улетаем на Барбадос. Нас ждут две прекрасные недели.
Николь посмотрела на него удивленно. С утра Сантана должен был первым делом отправиться в Майами.
– Я думала, у тебя
