Сектор обстрела

— Аленушка, Витек и Хабанера.
— Так, — сосредоточенно проговорил Стрелок. — Идея ясна. Работаем, ребята!

Как ни странно, но до Радара мы добрались без особых приключений. К тому времени, как мы спустились с холма, монолитовцы профессора Лебедева уже растворились на просторах Зоны. Звери-мутанты нас тоже больше не тревожили — возможно, Меченый получил хороший удар и не мог быстро восстановить потерянную в сражении биомассу, а может быть, у него появились более важные дела, чем травить нас слепыми собаками и кабанами — скажем, его отвлекали от нашего отряда другие Хозяева. Как бы там ни было, мы благополучно покинули Рыжий лес и оказались на краю огромной территории, выжженной излучением Радара. Стрелок проверил окрестности датчиками — Радар исправно работал, генерируя психотронное поле. Пройти здесь возможности у нас не было.
— Ну, дальше что? — риторически вопросил Патогеныч в пространство. — Эй, Лебедев! Ты где? Как нам попасть к ЧАЭС?
— Есть один способ, — проговорил Борода. — Не очень хороший. Но по-моему, по-другому не получится.
— Зря ты, — поморщился Патогеныч-два. — Не стоит.
— А другой выход у нас есть? — поинтересовался его коллега.
Патогеныч-два промолчал. Другого выхода у нас, по-видимому, не было.
— Стрелок, — сказал Борода, — ты ведь однажды уже отключал Радар?
Они с земляком тоже начали называть папашу Стрелком, потому что сразу запутались в Меченых, как только на сцену вышел второй.
— Отключал, — кивнул Стрелок. — Только ты ведь понимаешь, что с тех пор они сменили всю систему охраны — именно потому, что предыдущая оказалась преодолимой.
— Да мне накласть на систему охраны! — заявил Борода-два. — Принцип и порядок отключения излучателя помнишь? Это уж они поменять никак не могли, там до сих пор еще советские технологии.
— Помню, конечно, — ответил папаша.
Борода достал из кармашка бронежилета маленький блокнот:
— Рисуй.
Когда папаша зарисовал все электрические контуры, которые следовало разомкнуть, а также их приблизительное расположение и внешний вид, Борода направился с блокнотом к Витьку и продемонстрировал ему рисунки. Затем указал на гигантскую антенну Радара.
— Что ты задумал? — поинтересовался я.
— Изломы и химеры с трудом поддаются зомбирующему воздействию, — пояснил Борода. — Ими практически невозможно управлять. То, что они выполняют наши команды, — это результат не ментального контроля, а того, что мы с Патогенычем растили их с младенческого возраста. Это не рабское подчинение, а глубокая преданность. Следовательно, ментальные излучения на них не действуют. Следовательно, есть шанс, что они без проблем сумеют преодолеть зону покрытия Радара, вломиться в его технические помещения и отключить эту штуку.
— А если не сумеют? — спросил Патогеныч-один.
— Тогда мы проиграли.
Получив задание, боевые монстры разом бросились его выполнять. Опасную территорию Борода приказал им миновать как можно быстрее. Ступив на черную выжженную траву, Хабанера и Витек мгновенно ускорились настолько, что размазались в полупрозрачные туманные полосы, и лишь дорожки вздымающегося пепла четко указывали трассу их движения. Аленушка вначале последовала их примеру, но внезапно остановилась на полдороге, неуверенно оглянулась на нас, поднесла руки к лицу. Из носа у нее заструилась темная кровь.
— Назад, Аленушка! — заорал Борода. — Назад!
Она то ли не расслышала, то ли не пожелала подчиниться. Снова развернувшись к Радару, она припустила во весь дух и вскоре тоже исчезла из виду.
— И что теперь? — спросил Патогеныч-один.
— Теперь будем ждать, — откликнулся его близнец.
Ждать пришлось около получаса. Динка нервно разгуливала вдоль границы выжженного пространства, пока я не попросил ее угомониться. Мы с папашей еще на холме начали разрабатывать стратегические планы, как бы отправить ее хотя бы в бар «Сталкер», пока мы будем мочить Меченого, но она отказалась наотрез. А когда папаша заикнулся, что запрещает ей идти с нами, вообще уперлась рогом. Ну да, припоминаю: первое, что я попытался сделать, когда мы с Динкой сошлись — это, разумеется, запретить ей работать в стриптизе. Но у моей подруги железный характер. Если она считает, что должно быть так, так и вот так, все будет именно так, так и вот так, не извольте сомневаться. И уж тем более если кто-то попытается надавить на нее, даже любимый мужчина, она приложит все усилия, чтобы поступить поперек — просто из принципа.
Борода-два, время от времени поглядывавший