Семь божков несчастья

Детки испарились. Мы с Лизаветой, отсмеявшись, пришли в себя и с немым вопросом в глазах уставились на Джона. Он стоически выдержал уколы двух острых взглядов-клинков, взял многозначительную паузу, после чего сообщил словами Вовки:
— Дамы, у меня для вас имеется конфиденциальная информация по интересующему вас делу…
Следующие пятнадцать минут Джон Ааронович отчитывался, как он провел день. В то время как Лизавета с пацанами укатывала Клару Карловну на крутых горках, а я пряталась от неизвестных супостатов, наш благодетель умудрился выяснить координаты Бодуна и Касыча и сильно гордился этим обстоятельством, будто бы даже ожидал какой-нибудь награды. Лизка одарила его страстным взглядом и тут же подхватилась ехать по адресам, но Джон ее остановил.
— Лизавета! — строгим голосом недовольного супруга молвил он. — Неужели ты думаешь сесть за руль в таком, мягко говоря, нестабильном состоянии?
— А ты думаешь, я могу в таком состоянии идти пешком? — хмыкнула подруга, которую после выпитого коньяка заметно штормило.
— Не уверен, поэтому предлагаю отложить поездку до завтра. А сегодня вы… м-м… мы культурно отдохнем: шашлычок, общение, все такое… Это, кстати, будет неплохим поводом для восстановления добрых отношений с Кларой Карловной.
— Не-е, мы вечером никак не можем! Мы вечером заняты, — торопливо заверила я Джона Аароновича, потому как совсем неожиданно вспомнила, что сегодня вечером должны позвонить супостаты с какими-то инструкциями по поводу Хотэя. Будем мы их выполнять или нет, вопрос сомнительный, но поговорить с людьми все же стоит, а в присутствии домочадцев Джона какой может быть разговор? Мозг Лизаветы, одурманенный алкоголем, не сразу вник в суть дела, но на всякий случай подруга хитро мигнула, мол, понятно, Витка, свидетели нам ни к чему.
По красивому лицу Джона скользнула едва заметная тень досады, однако он улыбнулся и предложил:
— Тогда давайте так: я вас отвезу, мы быстренько завершим все дела, а потом шашлык, общение и все такое…
— Не пойдет! — неожиданно твердо заявила Лизавета, а я против воли почувствовала к ней сильное уважение: не каждая женщина сможет отказать мачо вроде Джона. — Вызови нам с Виткой такси. Мы смотаемся по делам, а ты, пользуясь случаем, займись приготовлениями к пикнику. Ну, мясо там, выпить, поесть… Господи, кому я объясняю? Ты ведь и сам все знаешь! Правда, милый?
«Милый» без особенного энтузиазма кивнул, вроде бы соглашаясь, и нас покинул.
…Сборы в дорогу были недолгими. Лизка выпила достаточно, чтобы считать себя неотразимой, я спорить не стала, тем более что была с ней согласна.
В элитный поселок такси прибыло сказочно быстро, что, в общем-то, неудивительно. Джентльменское поведение Джона тоже произвело неизгладимое впечатление. Он о чем-то интимно пошептался с таксистом, дал ему две купюры приятного зеленоватого цвета, чем вызвал у водилы приступ понятной радости, а потом заботливо усадил нас с Лизаветой на заднее сиденье со словами:
— Девочки, я обо всем договорился. Анатолий в полном вашем распоряжении. Отвезет вас, куда скажете…
— И даже дальше! — с энтузиазмом улыбнулся таксист, парень лет тридцати — тридцати пяти, по виду — бывший десантник, никак не меньше: плечи такие, руки, ноги, смешной ежик русых волос… Небольшой шрам полумесяцем, красовавшийся в центре высокого лба, ничуть не портил внешнего облика Анатолия, скорее, наоборот, добавлял ему шарма. Конечно, красавцем его не назовешь, а в сравнении с Джоном таксист и вовсе гадкий утенок, но в целом парень внушал доверие, поэтому я приветливо ему улыбнулась в ответ.
— Дальше не надо. — Лизавета решительно пресекла душевный порыв Анатолия. — Твое дело рулить в указанном направлении. Инициатива, как известно, наказуема. Я верно говорю, дорогой? — подруга обратила томный взор на Джона Аароновича. Похоже, Лизка уже с корнями вросла в образ светской львицы и подруги жизни блестящего, а главное, преуспевающего мужчины. Джон, впрочем, не возражал против подобной постановки вопроса, а может, просто решил не связываться с нетрезвой женщиной, но на недвусмысленный Лизкин вопрос с чарующей улыбкой промурлыкал:
— Совершенно верно, милая! Инициатива — штука опасная…
Я подозрительно уставилась на Джона — уж не себя ли он имеет в виду? Но улыбка Джона Аароновича была такой открытой, что я решила с сомнениями повременить.
…«Мерседес» с душкой экс-десантником за рулем (в элитном поселке Джона, должно быть, пользовать выкидышей отечественного автопрома в качестве такси — признак дурного тона. «Не комильфо!» — как сказала бы Лизка) вез нас в неизвестность. Мы, расслабленно склонив головы, дремали