[b]Для лиц 18+[/b] Фантастика. Эротика. Любовный роман. Действие романа происходит в альтернативной реальности времен средневековья. Мир населяют люди, но есть и другие расы, такие как валькирии, гномы эльфы… Роман изобилует сценами для взрослых но имеет продуманный фэнтезийный сюжет. [b]18+[/b]
Авторы: Фром Павел
северян. С руганью
и криками они ринулись сразу в угол. Раненый парень с неожиданной прытью подскочил
на ноги. Здоровой рукой он поднял круглый дубовый стол и со всего маха обрушил его на
нападающих. Двое северян выбыли из игры сразу.
— Так ты поможешь?! – крикнул он, не глядя на Арона.
— Придется… – согласился тот вскакивая со стула.
— Только убивать не надо. Эти люди мне не чужие.
Арон где-то это уже слышал. Не теряя превосходства во внезапности, он, лихо орудуя
стулом, обезоружил еще двоих воинов и отправил в царство грез двумя короткими
ударами. Поравнявшись с последним, самым молодым воином, раненый парень просто
отобрал у того клинок и бросил на пол. Возражений не последовало. Дабы избежать
погони и замести следы пятерых дебоширов связали и забрали с собой. Хозяина таверны
припугнули и щедро заплатили за молчание.
Глава 36.
По пути домой парню стало совсем худо. Пришлось вызывать транспорт. Несколько дней
молодой северянин провел в бреду. Раны его были не смертельны, но он потерял много
сил, крови и не спал несколько суток. Состояние его было серьезным. Можно было
поместить парня в реактор, но надо было делать это сразу. Время было упущено и
перевозить его в таком состоянии стало опасно. Эсхил сделал все что мог, но этого
оказалось мало. В ход пошла нетрадиционная медицина. Арон несколько раз пробовал
применить свои силы, но, почему-то ничего не получилось. Следующей на очереди была
Трин. Ее метод был странным, ибо лечение проходило голышом. Светлокожая эльфийка
провела в обнимку с парнем целые сутки, исцеляя его близостью своего тела. Она
осунулась и заметно похудела. Ее и без того светлая кожа стала иссини белой. Было в
пору задуматься и о ее здоровье… Однако она смогла облегчить страдания, сказав, что у
парня сильная воля, которая сопротивляется любому вмешательству, и все решит только
время…
Новый гость, к удивлению Арона, привлек к себе внимание Уны. Его мудрая мать
подошла к делу серьезно. Она буквально вцепилась в жизнь этого парня своими когтями, не позволяя душе покинуть израненное тело. Она с дисциплиной бывалого воина меняла
повязки, выдавливала гной и промывала раны, если это было необходимо. Двое или трое
суток она совсем от него не отходила. Уна была спокойна, светла и всем своим естеством
излучала странную, ощутимую почти физически решимость. Арона это поразило. Такой
он ее не видел. Несколько раз к ней заглядывала эльфийка. Потеряв много сил, она не
могла помочь радикально, но приносила парню хоть и временное, но облегчение. Эсхил со
своей стороны тоже прилагал усилия. Его искренне удивляло, что лекарства не приносят
должного эффекта.
Только спустя неделю к парню вернулось сознание. Ночью он перестал стонать и дыхание
его стало ровным. Эсхил сказал, что кризис миновал, и теперь можно расслабиться. Но
Уна уходить не желала. Проснулась она под утро, от того, что кто-то взял ее за руку.
Северянин смотрел на нее светлым, пронзительным взглядом, и радостно улыбался.
Странно, но это было приятно. Медленно встав на ноги, парень расправил сильные плечи
и потянулся, громко хрустя суставами. Однако ребра еще не зажили и причиняли
заметную боль. Осмотрев свои повязки, он переключил все внимание на Уну. Казалось, северянина вовсе не удивляло то, что он проснулся в одной постели с крылатой девой.
Смутившись, Уна закуталась в крылья и забралась с ногами на кровать.
Прошло еще несколько дней. У гостя появился волчий аппетит и дела его пошли на лад.
Немного окрепнув, Кеннет, решил прогуляться в сопровождении Уны. Внимание его
сразу привлекла кузница. Арон построил ее первой, но по чести сказать до нее почти
никому не было дела. Все его время занимали другие, более глобальные заботы, а жители
деревни побаивались входить туда без особой нужды. Арон уже и забыл, когда в
последний раз вдыхал запах гари и слышал звон металла. Кеннет вел себя на удивление
спокойно. Он ни выказывал ни злости, ни раздражения, ни задавал вопросов. Он целыми
днями стоял у наковальни, обдаваемый жаром горна. Кеннет легко освоился и постепенно
принимался за дело. Братья Кеннета тоже не сидели без дела. Что с ними делать,
