[b]Для лиц 18+[/b] Фантастика. Эротика. Любовный роман. Действие романа происходит в альтернативной реальности времен средневековья. Мир населяют люди, но есть и другие расы, такие как валькирии, гномы эльфы… Роман изобилует сценами для взрослых но имеет продуманный фэнтезийный сюжет. [b]18+[/b]
Авторы: Фром Павел
места битвы.
— Мой герой! — Сольвейг похлопала его по плечу. — На сколько крепки мои доспехи, мастер?
— До безобразия крепкие, – с гордостью ответил он.
Она кивнула и двинулась в атаку. Сначала медленно, потом резко ускорилась и ворвалась
в ряды чуть отдохнувших противников. Такого боя кузнец никогда не видел. Влетев в
толпу нападавших, Сольвейг свернулась, поджала ноги словно прыгая через костер, и
обернулась крыльями. В следующую секунду вращаясь и рыча она развернула их с такой
силой что воинов раскидало в стороны. Лезвие ее меча замелькало подобно вспышкам
молнии. Она искусно атаковала и тут же закрывалась от контратаки, светящимися
тусклым светом крыльями.
Однако, было заметно в какие моменты она сдерживается. Ее тактика предполагала
разящие смертельные удары, после которых больше не встают. Но клинок наносил лишь
поверхностные, не глубокие, или множественные мелкие раны. Конечно, они были
болезненны, кровоточили, но не лишали жизни.
Ее сородичи бились с честью и отвагой, присущей далеко не всем. Уже примерно через
пол часа все было кончено. На ногах осталась стоять лишь Уна. Раны ее кровоточили, причиняя сильную боль, доспехи пришли в негодность, шлем давно слетел. Но она крепко
сжимала в руках меч, и в глазах не читалось сомнений. Сольвейг сложила крылья у себя за
спиной. Критично осмотрела свою старую надежную подругу и подкинув свой меч
перехватила его за острие. Резким ударом чудовищной силы она выбила меч из рук
подруги, сломав его у самой рукояти. Осколки лезвия со звоном разлетелись по округе.
Хаук, понимая, что единственный остался невредим, решил что-то сделать. Он ринулся
было вперед, но Арон рукоятью топора подцепил его за сапог и опрокинул… Только
пятки сверкнули. Затем, кузнец помог старику сесть, и когда тот отдышался, вернул его
меч в ножны. Силы были не равны. Хаук мог только вскинуть бессильно руки.
— Так будет правильно, — Арон мягко похлопал ему по плечу. — Честь — умереть за своего
короля. Но не сегодня.
— Я слишком стар… — посетовал он еле слышно. Слезы обиды заблестели в глазах когда-то
великого Хаука. Он поник головой и влезать в бой больше не пытался.
Воцарилась звенящая тишина. Арон слышал только свое дыхание в шлеме и
потрескивание бревен в пламени догоравшего дома. Продолжая держать меч за лезвие, валькирия открыла шлем. Арон не видел выражения ее лица. Протянув руку, она
осторожно, если не сказать с нежностью положила ладонь на плечо израненной подруги.
Подарив губам Уны скромный поцелуй, она привычным движением зачехлила меч, и
отыскав в полутьме фигуру кузнеца, побрела в его сторону. В глазах Сольвейг блестели
слезы.
Потерявшая всякую возможность воевать, ошарашенная и сбитая с толку Уна безвольно
опустилась на колени. Вскоре, тишину начали нарушать стоны тех, кто приходил в
сознание. Хаук, поняв, что время пришло, бросился помогать раненым. Шарахнувшись от
Сольвейг, как от огня, он, на ходу расстегивая сумку, принялся бинтовать и обрабатывать
наиболее опасные раны.
— Этого мне не простят уже никогда… — всхлипнула Сольвейг, падая перед Ароном на
колени.
— Поживем — увидим. Ночь еще не кончилась.
Король появился внезапно. Он шел быстрым шагом, а следом, на приличном удалении, спотыкаясь в потемках, семенила королева. Состояние Сольвейг удручало…. Она утратила
боевой дух и не могла унять слезы. Подпустив короля ближе, Арон встал, заслонив деву
своим телом.
— Бейся со мной! — рявкнул король, обнажая широкое лезвие своего клинка.
Реакция рыжей бестии была неожиданной и внесла смуту в происходящее: Вынув меч из ножен, она, не глядя, швырнула его отцу под ноги.
— Что еще за бабские выпады, разве так я тебя учил?! Ну-ка встань и сражайся с равным по
силе! Имей смелость ответить!
— Вам этого мало? — спокойно осведомился кузнец, кивнув на пару десятков тяжело
раненых верноподданных.
— Что!? — ощерился тот внезапно. — Ты понимаешь с кем говоришь, смертный? В сторону!
— Не в этой жизни, – ответил кузнец добродушно.
— А другой у тебя не будет!
Он стал много говорить, в ход пошли оскорбления, а это верный признак что противник
не
