Жалидеда, на спине которого расположился веник, следом за ним бежала его ученица, рядом с ней с заливистым лаем подпрыгивал здоровенный пес, а через некоторое время показалась разъяренная толпа, поминающая недобрым словом нахальную девку. Белава обернулась, что-то крикнула, и толпа резко остановилась. Задние ряды, не успев затормозить, налетели на передние, и вся это гомонящая толпа нетрезвых мужиков покатилась по грязи, матеря на чем свет стоит Довбуша, «Речного царя» и всех чародейский морд вместе взятых.
— Я ее убью,- процедил сквозь зубы чародей, беспомощно глядя в след исчезающей ученице.- Надо подчистить за ней,- пробормотал он и щелкнул пальцами.
— Мужики,- послышался сиплый голос из-под навалившихся сверху людей.- А чаво бежали-то?
— Не помню,- почесал в затылке черноволосый бандюга.- Пили, пили и на тебе. Никак бесы попутали.
Мужики поднимались, отряхались и тянулись обратно в кабак. Дарей облегченно вздохнул. Он кивнул своему спутнику и направился туда, куда Белава и березовый веник гнали хозяина постоялого двора.
Тем временем девушка пригнала Жалидеда к конюшне и ткнула носом в двух несчастных лошадей, жалостливо смотрящих на юную чародейку и мужика.
— Ты деньги взял за содержание лошадей, почему они не вычищены, не накормлены, не напоены? Посмотри в их несчастные глаза!- грозно нависла над мужиком Белава.
— Они стоят в моей конюшне,- заявил Жалидед.- За то по серебрушке и дали.
— Да я тебя сейчас самого в коня обращу, в мерина!- возмутилась чародейка.- Две серебрушки! Две! За то, что они просто постоят под твоей дырявой крышей?
— Да! А за веник ты мне еще и золотой должна, а не то к боярину пойду и челобитную подам!- он подбоченился и вызывающе посмотрел на чародейку.
— А ну давай отрабатывай серебрушки,- она тоже уперла руки в бока.
— На-кось, выкуси,- Жалидед сунул ей под нос кукиш.
Белава скосила глаза на грязную фигу, сморщилась и закатала рукава.
— Ну все,- сказала она и вскинула руки, быстро зашептав, потом щелкнула пальцами и посмотрела на Жалидеда. Тот вскрикнул, упал на четвереньки и…
— Хрю,- черный свин ткнулся ей в ноги.- Уи-и-и.
— Ага, сейчас,- ответила девушка и отвесила свину пинка. Тот с громким визгом бросился из конюшни.
Дарей подбежал в тот момент, когда какой-то хряк выбежал ему навстречу, остановился и обиженно захрюкал, глядя на чародея. Тот отпихнул хряка ногой и пошел в конюшню. Впрочем, хряк не отставал. На входе в конюшню чародея облаял тот самый кобель, что бежал рядом с Белавой. Дарей отмахнулся от пса и вошел внутрь. Девушка расседлывала лошадей, мурлыкая себе под нос веселую песенку.
— Сейчас за торбой сбегаю и накормлю вас,- пообещала она лошадям и повернулась к выходу.- Ой, мастер…
Дарей стоял перед ней с горящим взором и сжатыми кулаками. Девушке показалось, что из ноздрей учителя идет пар. Она удивленно заморгала ресницами.
— Чего с вами, мастер?- невинно спросила она.
— Убью,- коротко бросил чародей, и Белава вновь ойкнула, отскакивая от него.- Ты чего опять наворотила, нечисть?!
— Ничего,- она сделала большие честные глаза.- Вот ей-ей ничего не делала!
— За тобой толпа мужиков бежала, что ты натворила?- он направил на ученицу палец.- А хозяина нашего зачем веником через полгорода гнала? И где он вообще?
— Хрю,- обличающе захрюкал свин.- Хрю.
Дарей опустил взгляд, посмотрел на хряка и неожиданно понял. Губы чародея затряслись, он ткнул пальцем в преданно смотрящего на него хряка:
— Это… он?- спросил учитель внезапно севшим голосом.
— Он,- повинно кивнула ученица.
— Хрю,- поддакнул свин.
Дарей тяжело привалился к стене и устало посмотрел на нее.
— Я же ненадолго ушел, когда ты все успела?- тихо спросил он.
— Он сам винова-а-ат,- зарыдала Белава, и учитель поморщился.- Он с нас две серебрушки взял, а коней даже не расседла-а-ал! Его баба сказала. Что он в кабаке пьет, я за ним и пошла-а-а. А там мужиков пьяных уйма, ручищи тянуть начали, я их и утихомирила, а он идти домой не хоте-е-ел! Я его веником и погнала. А он говорит, что за две серебрушки только в конюшню наших лошадок поставить можно, это где такое видана-а-а? Я его в свинью и оборотила-а-а.
— Она неисправима,- раздался веселый голос от входа в конюшню.
Белава подняла голову, взглянула на говорившего и осела, сползая по стенке.
— Мамочки,- прошептала она.- Ты…
— Нет, это не мамочки, это я,- засмеялся воин-странник. — Здравствуй, Белава.
Глава 13
Они сидели за длинным столом на постоялым дворе. Лохматая баба, жена Жалидеда Звана, только что закончила намывать трапезную и теперь крутилась возле печи, бросая на постояльцев косые
