приезда Дарея.
— Только вот почему меня опасаются?- недоумевал чародей.- Я ведь один, по их мнению. И если их новый бог так могуч, то что я один смогу сделать?
— Думаю, уже знают, что не один,- ответил Радмир и бросил взгляд на Белаву.- Может их действительно вели, ведь замирали так, будто указа ждали. Да и Белава Шуклю вылечила.
— Но не смотреть же мне было на муки пса!- возмутилась девушка.
— Между тобой и Шуклей, я выбираю тебя,- зло бросил воин.
Она промолчала и отвернулась. Чародей был явно согласен с товарищем, но сделанного не воротишь. И надежда, что выплеск жизненной силы остался незамеченным, еще оставалась. И была достаточно основательной, ведь ученица все еще была рядом. Хотя поведение Радмира казалось странным. По ночам не спит, днем глаз с Белавы не сводит, чуть что за меч хватается, на любой шорох дергается. Тревожится, понятно, но таким своего товарища чародей еще не видел. А несносной девке, казалось, все было нипочем. Она сияла улыбкой при каждом удобном случае. Ничего всерьез не принимает. Для нее это все приключение. Вот и сейчас, им столько всего сказали, а она едет и чему-то радуется.
На ночевку решили остановиться в лесу, раз в города и села оказалось опасно заезжать. Белава с чародеем готовили еду, а Радмир задремал, прислонившись к дереву.
— Пусть поспит,- сказал чародей.- Он прошлую ночь совсем не спал.
— Да?- девушка удивленно посмотрела на учителя.- А я думаю, что такой сонный едет. Но ведь голодный.
— Проснется, найдет, чем перекусить. Устал он.
Девушка согласилась с чародеем. Она с нежностью посмотрела на спящего мужчину. Тот тяжело вздохнул во сне и склонил голову. Прядка каштановых волос упала ему на лицо, и Белава не удержала, подошла и убрала прядь с лица воина. Тот улыбнулся, не открывая глаз, и прошептал: » Лебедушка». Она улыбнулась и вернулась к учителю.
— И все-таки, почему они опасаются меня?- заговорил чародей, обращаясь больше к самому себе.
— Может потому, что вы можете вызвать царских чародеев?- предположила Белава.
— Возможно, но… Я был в чародейской дружине,- вдруг сказал Дарей, и девушка округлила глаза.- Давно. Я от них ушел двадцать лет назад.
— Вы никогда не рассказывали, мастер. А почему ушли?
— Однажды понял, что мне это не надо. Слишком много теряешь, когда приходишь туда. Только… только было уже поздно, что-то исправлять.
— Что исправлять?- она с любопытством посмотрела на учителя.
— Сейчас это уже неважно,- ответил Дарей.- Да и нравится мне больше быть свободным. Дружина накладывает много обязанностей. Ты привязан к Белому Граду. Чаще это скучно. Тебе бы не понравилось,- улыбнулся он.
— Почему?- возмутилась девушка и призналась первый в жизни.- Я бы хотела быть в дружине царских чародеев.
— Поверь мне, девочка моя,- учитель погладил ее по волосам.- Чародейская дружина не для тебя. Характер у тебя другой. Тебе свобода нужна, а там нет свободы.
— В замужестве тоже нет свободы, — пробурчала она.
— Так ты еще не в покровах перед волхвом, у тебя есть год, чтобы все изменить.- не глядя на нее ответил Дарей.- И потом…- он бросил взгляд на спящего товарища.- По моему, ты для себя уже все выяснила.
— Я слово дала!- почти выкрикнула Белава и вытерла злую слезу.
— А я двадцать раз слово давал выпороть тебя и не выпорол.- спокойно ответил чародей.- Ты моему слову после этого меньше веришь?
— Это другое,- она отошла от учителя и села на траву.
— У тебя есть год,- коротко бросил он и подал ей миску.
Глава 23
Путники переночевали в том же лесу, сторожа по очереди. Защитны м кругом решили не пользоваться, чтобы не привлекать внимания волшбой. Первый сторожил чародей, потому что Радмира так и не стали будить. Белава уютно устроилась, положив голову на колени спящего мужчины. Он проснулся сам после полуночи. Распахнул глаза и ахнул, обнаружив вокруг черноту ночи. Потом опустил взгляд и увидел девушку, обнявшую его ноги.
— Маленький котенок,- прошептал он, нежно гладя Белаву по голове.
Недалеко горел небольшой костерок, возле которого сидел чародей. Он поднял голову и посмотрел на воина.
— Есть будешь?- спросил Дарей.
— Неплохо бы,- ответил Радмир и снова посмотрел на девушку.- Боюсь потревожить только, уж больно сладко спит..
— Не проснется. Она крепко спит,- ответил чародей, и воин аккуратно переложил Белаву с колен на землю, подложив ей под голову свернутую рогожку.
Девушка легко вздохнула, но не проснулась. Радмир подсел к костерку так, чтобы видеть ее. Чародей подвесил над огнем котелок с остатками вечерней трапезы, подогревая. Потом достал черствеющий каравай, купленный еще в Семиречье и отломал большой шмат. Воин принялся
