догадалась девушка.
— Ни сразу. Я учился поглощать чужую силу. Раз Святомир смог, то почему у меня не должно было получиться? Вышло несколько иначе, чем у чародея древности. Поначалу я выслеживал чародеев жизни, забирал их силу. На первых парах получалось забрать дар только у умирающих. Я убивал, а потом прятал тела. Потом научился чувствовать выплески силы и стал переноситься туда. Я научился забирать силу, не убивая, но оставлять в живых тех, кто мог показать на меня, было нельзя. А уж затем стал забирать чародеев к себе, перенимая дар и распыляя их тела, но оставляя их тени. Это такое странное и необычное чувство, когда тебя распирает чужеродной силой. По началу было больно, потом все оказалось легче. Я сам перестраивался, приноравливаясь к новой магии.
— Но где же духи чародеев жизни?- прошептала чародейка, уже догадываясь об ответе.
— Здесь. Вокруг тебя, моя дорогая,- усмехнулся Благомил.
— А Хвалена?- она впилась в него взглядом.
— Хвалена… Она долго и умело пряталась, сообразив, что началась охота на чародеев жизненной силы. Ее найти было особенно приятно,- мужчина усмехнулся.- Она была изумлена, когда оказалась передо мной. Столько ненависти во взгляде, я даже был приятно удивлен. Все-таки не полное равнодушие, как когда-то. Моя любовь была в ярости, пыталась убить меня, но я уже стал слишком силен для нее. И все же я пытался уговорить ее принять мои чувства, мне была дорога эта женщина.
— Что с ней стало?- спросила Белава охрипшим голосом.
— Она умерла. Я посадил ее в темницу, чтобы подумала. Она тогда крикнула, что свой дар отдаст той, которая досто йна его. И однажды дар исчез. Как она это сделала, я не знаю, но дара не было! Хвалена сидела на каменном полу своего узилища совершенно пустая. Она угасала. Я забрал ее из темницы, поднял в свои палаты, ухаживал, лечил. Даже пытался поделиться даром, но она не приняла. Так и умерла, равнодушно глядя на меня. С того момента я перестал быть осторожным. Подавил волю полянского государя, поменял волхвов на верных мне людей… да в общем-то и не людей уже. Они начали готовить народ к моему явлению. Создал свое войско, самое опасное во всем этом мире. Но это отдельный разговор. Что с тобой?- он смотрел на задыхающуюся девушку.
— Ты…- прошипел она.- Ты ведь читал сказ о Святомире, ты не мог не понять, что чародеи жизненной силы идут из одного корня. Один род! Мой род! Хвалена была моей прабабушкой, которая отослала свою силу мне, мне! Душегуб проклятый…
— Эй, эй, драгоценная моя, успокойся. Конечно, я знал, что чародеи жизни- ветви одного дерева.- и вдруг захохотал.- Ну, Хвалена… И все-таки твой дар я получил! Через столько лет, но он сам пришел ко мне,- и мужчина продолжил оглушительно хохотать.
Белава взглянула на нож, лежавший на столе, но не взяла, понимая, что вряд ли успеет дотянуться до Благомила. Она опустила голову и замерла, плотно сжав губы. Бабушка отправила ей свой дар, когда ей было десять лет. Значит, когда девушка подняла яйцо к потолку курятника, Хвалена была еще жива, сидела в темнице у этого… этого чудовища. «Прости, бабушка, не сберегла я твой дар великий»,- горько подумала Белава.
— Почему Полянск?- продолжила задавать вопросы чародейка, справившись с охватившими ее чувствами.
— Разве не ясно? Эти дураки изгнали чародеев, лишив себя защиты. А их тайное баловство с волшбой, сделали их еще более уязвимыми. Царь и подпустил меня к себе, когда я начал тайно выполнять его желания.
— Царь еще жив?
— Жив. Он мне пока нужен,- ответил Благомил, пригубив вино.- Послушная кукла, выполняющая мои приказы. Царская печать привязана к нему древней волшбой, мне не разобраться с этим.
— Значит не так ты всесилен?- она подняла на него взгляд.
— Не обольщайся, моя драгоценная,- усмехнулся он.- Я могу противостоять всей чародейской дружине, да и не только ей.
— Только человеческой волшбе?- какая-то мысль вдруг назойливо закружилась в голове.
— Хм… Слишком много вопросов. На некоторые я не могу ответить той, кто еще не признала меня своим мужчиной.
— Думаешь, признаю?- первый раз за это время она распрямилась и вернула себе насмешливый тон.
— Признаешь, обязательно признаешь. У нас с тобой вечность,- Благомил ей подмигнул и тихо рассмеялся, наблюдая, как она вновь побледнела.- Ты красивей своей прабабушки. Есть в тебе что-то, чего не было в ней. Тебя я не упущу, можешь не сомневаться.
— Но ты же не любишь меня,- воскликнула девушка.
— Меня тянет к тебе. Что это как не начало влюбленности?
Белава бросила взгляд в сторону и увидела застывший дух молодого мужчины, который смотрел на нее все с тем же безучастным видом. Ну, конечно! Она ведь окружена своими сродниками, кто же еще поможет ей, если
