замер в той же позе, что и был, сжимая пальцы на ее горле. Она с усилием разжала их, отошла назад и, с хрипом, втянула в себя воздух. Из разбитых носа и губ текла кровь, смешиваясь со слезами. Девушка отчаянно злилась на себя. Ну, когда же она начнет сначала думать, а потом делать?! Она вернулась к застывшему мужчине, разогнала «снежинки», все еще вьющиеся вокруг него. Потом щелкнула пальцами, и он тяжело осел на землю, мотая головой. Чародейка развернулась и стремительно пошла прочь. Еще не хватало, чтобы за ее ошибку, Радмир начал корить себя. Сначала подлечит себя, потом уже и разговаривать будет.
— Белава,- крикнул он ей в спину,- Белава, подожди! Куда ты бежишь?
— После,- ответила она, не оборачиваясь.
Но он догнал ее, схватил за локоть, останавливая и разворачивая к себе. Девушка закрыла лицо руками и попятилась.
— Что с тобой? Что произошло?- тревожно спросил он.- Мне будто сон страшный снился.
— Отпусти меня.- глухо попросила она.- Сейчас отпусти. Я позже все объясню.
— Почему ты закрываешься? — не отставал он.- Откуда у тебя кровь на одежде? Белава?
Радмир с силой отвел руки от ее лица и ошарашено выдохнул.
— Кто это сделал?- поднял правую руку, изумленно разглядывая ее.- У меня такое ощущение, что я кого-то бил… Это был… я? Белава, это я тебя ударил?
— Отпусти меня, родненький, отпусти, миленький,- всхлипнула она.- Я подлечу себя и все расскажу.
— Я тебя ударил,- прошептал он, будто не слыша ее слов.
— Ты не виноват!- выкрикнула она, понимая, что начинается то, чего и опасалась.- Слышишь?
— Я тебя…
— Замри!
Белава тяжело вздохнула, прикрыла глаза и позвала силу жизни, врачуя свои раны. Кровь остановилась, разбитые губы перестали болеть, ранки затягивались, повреждения исчезали, на месте выбитого зуба появился новый. Теперь надо было смыть с лица, подсыхающую кровь. Минутное дело. Она зашептала, и в сложенных ладошках появилась вода. Теперь заменить грязную одежду… Опять спасло альвийское заклинание. Только теперь она могла одеться по своему желанию. Несколько мгновений, и запачканный кровью альвийский костюм сменился любимым зеленым кафтаном и такими же штанами. Закончив со своими делами, она обернулась к стоящему столбом Радмиру, который следил за ней напряженным взглядом. Белава подошла к нему.
— Сложно было дать мне немного времени?- спросила она.- Я тебя освобожу, но сначала скажу, что с тобой случилось. И после этого я не желаю слышать покаянных стонов. Ты виноват лишь в том, что не вовремя вышел из терема. Помнишь, я рассказывала о том, что в нашей реке Затонухе жил пришелец из другого мира, а я забрала себе его морок? Так вот, я как раз подчиняла его себе заново, когда ты пошел меня искать, и я испытала его на тебе. Прости, я очень виновата. Этот морок не внушает, он погружает человека в его тайные страхи. Ты не бил меня, ты был в своем видении, а я, опять не подумавши, сунулась тебе под руку, за то и получила. Как видишь, я снова целая и невредимая. Тебе не в чем себя винить, понимаешь?
Она щелкнула пальцами, и бывший царский витязь отмер. Он недоверчиво оглядел себя, пошевелился и посмотрел на нее.
— Ты предупреждай, когда что-то проверить хочешь,- сказал он. — Может я смогу тогда руками не размахивать. Сильно больно было? О чем спрашиваю, все лицо разбил…
Белава не стала ждать дальнейших нарастающих самобич еваний, она поступила так, как поступила бы со своим Радмиром. Дала затрещену сероглазому мужчине и поспешила быстрей исчезнуть, пока, открывший рот витязь, не опомнился.
— Белав а!- раздался ей вслед возмущенный вопль, и она припустила к распахнутым воротам, откуда за ними наблюдали встревоженные обитатели терема.
Радмир догнал ее уже в тереме. Девушка с невинным лицом сидела на лавке и наливала себе чай. Он открыл рот, желая что-то ей сказать, но махнул рукой и улыбнулся, глядя в совершенно честные зеленые глаза.
— Ну, вот и мы подрались,- усмехнулся он.
— С почином,- невозмутимо ответила она.- Чай будешь?
— Наливай.
Глава 14
Во дворце на Глубоком озере царила тишина, как на кладбище. Люди, обычно итак стремящиеся особо не попадаться на глаза, теперь и вовсе попрятались по разным углам, тихо перешептываясь.
— Совсем с ума сошла, змея.
— Стражу у дверей всю демон поганый погубил.
— Да и плевать, то не люди были.
— Все равно жалко.
— Но змеюка-то, прямо, бешеная была.
— Куда она делась-то?
— В покоях своих заперлась, рыдает.
— А демон?
— Умчался куда-то. Страшный он совсем сегодня.
— Ага, глазищи-то вовсе красные стали, клыки вырастил.
— У него крылья появились. Видел, как полетел он.
— Ой, что же это, люди добрые делается?
