стояли на берегу несущейся с ревом реки.
— Буян-река,- уважительно произнес Ярополк.- Тут и летом, чтобы перейти надо место знать, а уж по весне, да в половодье…
— А мы пройдем,- хитро подмигнула Белава.
— Думаешь справишься?- с сомнением спросил чародей.
— Да. Вы ведь мне подсказали как можно, а силушки хватит.
Девушка подняла руки над головой, соединив ладони.
— Мать вода, Буян-река, услышь меня, как я слышу тебя. Расступись вода, пропусти меня, да моих попутчиков. Мое слово верное, мое слово крепкое.
Она опустила перед собой сомкнутые руки, вслушиваясь в течение, пристраивая к нему свою силу, вплетая силу воды, набранной из колодца. Наконец звуки слились, река ее признала, и девушка начала разводить руки.
— Не спеши,- тихо говорил Дарей.- Чувствуй воду, слушай ее. Не торопись.
И Белава не торопилась. Она совсем слилась с рекой, и волны подчинились ей, слушаясь ее рук. Девушка продолжала разводить руки. Сначала волны приостановили свой бег, потом легли ровным зеркалом, и посреди этого зеркала наметилась трещина, все более растущая, чем дальше расходились руки чародейки. Вот уже появилась узкая тропка, вот и она разошлась, обнажая речное дно.
— Езжайте,- шепнула она, стараясь не потерять свое слияние с рекой.
Кони заржали, не желая идти в этот жуткий проход. Дарей щелкнул пальцами, и животные увидели перед собой лесную просеку. Они успокоились и послушались своих всадников. Белава была последней. По мере продвижения вперед, она опять начала поднимать руки вверх, удерживая воду двумя высокими прозрачными стенами, за которыми виднелись снующие туда-сюда рыбы. Потом мелькнуло изумленное лицо Водяного, провожающего взглядом путников. Он что-то живо говорил, и Белава поняла, что Водяной ругается. Мужчины ждали ее на другом берегу, и девушка начала расслабляться, потому что осталось ей пройти самую малость. Вода за спиной стала волноваться, стены опадали, стекали вниз, пенились, ударяясь о дно и возобновляли свой бег. Еще несколько шагов, всего несколько шагов подумала Белава. И тут с другого берега донесся голос Дарены:
— Чародейка! Чародейка! Еще подводы приехали!
Белава обернулась, потеряла голос Буян-реки, и вода пришла в движение, ускорив смыкание стен.
— Скорей,- не своим голосом заорал Радмир.
Девушка улыбнулась, Злата выбиралась на берег, она успела. На лицах мужчин появилось облегчение. Но вдруг две руки высунулись из волны, нависшей над всадницей, выдергивая ту из седла. Злата вылетела на берег одна, а Белава, увлекаемая ледяными руками, ушла под воду.
Глава 18.
Трое мужчин застыли на берегу, глядя в каком-то недоумении на воду, сомкнувшуюся над головой девушки. Первый отмер Ярополк, бросившийся к реке.
— Белава!- закричал он, и его взгляд заметался по бурлящим волнам.- Белава, отзовись!
— Что же это?- тихо выдохнул Радмир.- Как же?
Лицо Дарея исказилось:
— Старый хрен!- заорал он.- Взял-таки откуп, взял! Ведь сама река ее пропустила, а ты откуп стребовать решил?! Вылезай, рыбья харя, вылезай, я тебе покажу, как откуп брать!
Он кинулся к реке, готовый кинуться в воду, но Радмир сжал его в медвежьих обьятьях.
— Куда ты, друже, куда ты?- пытался он пробиться в сознание взбешенного чародея.- Так ей не поможешь, сам сгинешь. Остановись.
— Не сберег,- осел Дарей на землю.- Девку не сберег!- и он вцепился себе в волосы.
— Погоди,- отвечал Радмир.- Погоди, не такая она наша Белавка, чтобы так запросто старому хрычу поддаться. Она его осилит, вот увидите! Она ведь не какая-то там колдунья или знахарка. Она чародейка жизни. В ней силы, как в этой реке.
— Да пользоваться она ею не умеет!- снова вскочил чародей.- Не успел научить, не успел объяснить, старый дурак…
— Она сама сможет, она сможет. Ведь многому сама научилась,- возразил воин-странник.
— Белава! Душа моя, Белавушка!- продолжал метаться по берегу Ярополк.
Он начал срывать с себя одежду. Теперь Радмир кинулся к нему, оттаскивая от воды. Ярополк в бешенстве обернулся.
— Ты все смеялся над ней, тебе все равно, что с ней будет, отпусти. Добром прошу отпусти,- воскликнул берестовский тысячник.
— Не глупи,- голос Радмира был спокоен, даже слишком спокоен.- Она справится. Ты ничего сделать не сможешь. Надо ждать.
Ярополк наконец вывернулся из рук воина, и с силой ударил в лицо. И тут Радмир сорвался, кинувшись на тысячника. Они сцепились и покатились по берегу. Дарей все еще, сидевший в горестном оцепенении, вдруг вскочил и, перескакивая через двух дерущихся мужчин, побежал на небольшой утес, возвышавшийся над рекой. Он закрыл глаза и начал слушать. Сначала до него доносились только
