Наш современник, священник Русской православной церкви, вместе со своей семьей «попадает» в 19 век и начинает приспосабливаться в новом для себя месте. 1 часть-Хроники выживания 2 часть-Хроники становления
Авторы: Борискин Александр
на место, где грузил баржи Александр. Там было удобное для погрузки место и находился специальный помост, предназначенный для погрузки автокрана. Экскаватор сверху прикрыли навесом от дождя, закидали ветками от чужого глаза. Прохору было приказано после погрузки экскаватора обмотать его разными тряпками и заложить с боков досками, то есть замаскировать, чтобы он своим видом не смущал аборигенов. Экскаватор был колесный, поэтому закатить его на баржу вполне по силам пяти мужикам.
Как всегда в бочке меда имеет место быть ложка дегтя. Очень трудно шел набор мастеровых на деревообрабатывающее производство. То ли контингент рабочих, предлагающих свои услуги, остался в округе Славянки такой, что выбрать нормальных работников стало почти невозможно, то ли требования были слишком завышены, но при необходимых 400 человек, фактически приняты на работу было 58 человек. И перспективы были далеко не радужные. Их еще обучать надо месяца два — три, а уже июнь!
Александр с Петром Ивановичем уже что только не придумывали. А идею хорошую подала Надежда Михайловна:
— Мне моя купчиха говорила, что у сына ее брата заканчивается срок службы, и не только у него, а еще около 200 солдат должны пойти по домам в июле. Они служат в воинской части в Грузино, расположенной в Новгородской губернии. Эта часть расформировывается, и очень многие не знают, чем им заняться: от крестьянства они отошли, посмотрели другую жизнь. Может быть имеет смысл туда съездить да на месте разобраться? Предложить работу, жилье со временем.
— А что, это мысль! Петр Иванович, только ты сможешь решить этот вопрос и с солдатами, и с начальством. Поезжай, пока не поздно!
— Завтра же поеду. В Грузино я бывал, там есть фарфоровая фабрика.
Через неделю Петр Иванович возвратился, да не один: привез с собой 50 человек, которых уговорил пойти работать на завод.
— Еще в течение июля, августа и сентября по 50 — 70 человек можно там набрать. Но надо строить жилье. Хотя бы бараки на первое время.
Земля вдоль реки Славянки за заводами свободная. Я договорюсь о ее покупке и начнем строить там бараки. Дам команду в Крутую гору, чтобы не только доски присылали, но и бревна. Те мужички, что со мной приехали, сразу начнут жилье строить, для начала материалы есть.
И работа закрутилась. К августу уже были готовы бараки на 100 человек. Этого вполне хватало, так как людям надо было дать жилье только на первое время, а потом они сами ставили себе избы: каждому поступившему на завод демобилизованному солдату давалось безвозмездное пособие в 10 рублей и ссуда в 50 — на строительство жилья.
Также рабочим было объявлено, что на производстве требуются и женские руки. До 100 женщин вполне можно обеспечить работой. При зарплате в 12 — 15 рублей в месяц женщинам — желающих было три на одно место. А раз есть молодые мужчины и женщины — значит скоро будут и свадьбы.
Павел Аристархович зачастил в последнее время к тетке в Славянку. Та сразу смекнула, в чем дело. И постоянно расхваливала его своей жиличке. Да и он времени не терял. Познакомился с Надеждой Михайловной, много рассказывал о своей жизни в Австрии, расспрашивал ее о жизни в Австралии. Правда пространных ответов не получал, но Надежда Михайловна и не отмалчивалась. Сказала, что потеряла всю семью год назад, из-за чего и покинула Австралию. Окончила Австралийский университет в Аделаиде, экономический факультет, показала диплом.
Они ездили несколько раз в Санкт-Петербург, гуляли, ходили в театр, ресторан. Павлу Аристарховичу все больше и больше нравилась Надежда Михайловна. Он отмечал ее острый ум, широкой кругозор. Некоторые вещи, о которых она говорила как о чем-то обыденном, даже ему не были знакомы. Он приглашал ее несколько раз посетить его квартиру на Васильевском острове в доме на Большом проспекте, но постоянно получал отказы. В его глазах это говорило о ее скромности. В то же время она была очень раскованной женщиной, обсуждала такие темы, о которых женщины того времени вслух не говорили. Одевалась современно, шила платья у лучших портных столицы. Выглядела очень хорошо. Вообще, когда они вместе где-либо появлялись, то окружающие отмечали, что они очень хорошо смотрятся.
Он узнал, что здесь в России у нее есть родные: в столице и Москве. Но она предпочитает жить отдельно, самостоятельно, ни от кого не зависеть.
Вскоре он понял, что постоянно хочет ее видеть, думает о ней. Такое с ним происходило впервые.
«Неужели я влюбился? Ведь считал совсем недавно себя закоренелым холостяком. И вот, как молодой студент, «потерял голову», готов мчаться в Славянку, чтобы ее только увидеть! Нельзя торопить события. Пусть все идет своим чередом. Время покажет».
